Очарованный край

– Да ведь и то и другое – автоматическое оружие, – кипятился Роман, – раз способно вести огонь очередями!

– Почему чудь называется «белоглазой»? – Насте не давал покоя этот вопрос, и она хотела переключить разговор на интересующую ее тему.

Сергей ответил ей в своей обычной манере – просто и обстоятельно:

– Это загадка. Есть несколько гипотез. Считают, что чудинов видели обычно в темноте пещер, и глаза их горели фосфорическим светом. Другое предположение строится на том, что этот народ имел почти белые волосы и, соответственно, светло-голубые глаза.

Вот как у тебя.

Сергей остановился и заглянул в глаза Насти. Она вся подобралась, но он спокойно продолжил:

– И поэтому другим людям с карими глазами чудины казались белоглазыми.

Люба шла позади и только диву давалась: "Тюха прилипла к ботанику, эти двое солдафонов нашли друг друга. Совсем мужики ослепли, до меня никому нет дела!" Красотка кипела внутри.

Дорога пошла вверх, все круче забираясь в гору и в то же время сворачивая направо.

Ели наклонялись над нежданными путниками, словно рассматривая их. Тянули длинные тонкие ветви, с которых полотнищами свешивалась хвоя, загораживая глубины леса. Взгляд все время возвращался в провалы теней между стволами, пытаясь отыскать какое-то движение.

Неожиданно с ближайшего дерева сорвалась птица. Все невольно вздрогнули. Большой силуэт с мягкими контурами четко прорисовался на фоне неба, пока лесной житель парил вдоль створа дороги.

– Кто это? – заверещала Люба.

– Это филин, – басовито сообщил Николай.

– Что он здесь делает? – не унималась прима.

– В Карелии обитает до десяти видов сов. По сути, это их дом, а мы пришли к ним в гости.

– Считается, что в этих краях духи земли принимают обличья птиц. Если в лесу увидел птицу, значит, духи тебя признали, – охотно добавил Сергей.

Филин отлетел недалеко, сел на ветвях сухой осины, поднял острые «ушки» из перьев на голове и задергал горлом. Даже с расстояния были видны коричневые пестрины на крыльях и круглые желтые глаза.

Когда ребята двинулись дальше, птица, или дух, снялась и бесшумно растаяла в сумерках.

– Ну все, с меня довольно! – топнула ногой Люба. – Я возвращаюсь!

Она подождала реакции.

– Кто-нибудь проводит меня?

Девушка несколько раз развела руки, но готовности никто не изъявил.

– Да здесь недалеко, – успокоил ее Николай. – Отошли не больше, чем на километр.