Пионеры Русской Америки

В 1762 году отменили казенные и частные монополии, в том числе государственную монополию на продажу пушнины за границу. Был снят запрет на вексельные переводы из европейской части России в Сибирь, стали открываться банковские конторы для кредитно-вексельных операций: в 1772 году – в Тобольске, в 1779-м – в Иркутске. Отмена государственных монополий и начало кредитных операций в Сибири открывали дорогу для купеческой инициативы, векселя позволяли вести коммерческие операции при отсутствии наличных денег.

Вопрос о ясаке – меховой подати с туземцев, которые жили на присоединенных к России землях, – долгое время никак не решался. Наконец, в 1770 году был издан указ, запрещавший промышленным и казакам собирать ясак по собственной инициативе, без соответствующего поручения властей, а в 1779 году Екатерина II и вовсе запретила брать ясак с алеутов и других туземных народов Америки.

В 1781 году Голиков вызвал Шелихова в Петербург. Там они втроем – вместе с племянником Голикова Михаилом, капитаном 2-го Оренбургского драгунского полка, – составили соглашение о создании компании.

Иван Голиков вкладывал 35 тысяч рублей, Михаил Голиков – 20 тысяч, Шелихов – 15 тысяч. Общий капитал компании, таким образом, составил 70 тысяч. Все деньги поделили на 120 долей, каждая стоимостью 583 рубля 33 копейки. По сути это были уже не паи, но акции закрытого акционерного общества. При этом в компании сохранялись и прежние паи или доли в промысле, что неизбежно создавало трудности и споры при распределении доходов между компаньонами.

Отличие компании Голиковых – Шелихова от иных складчин состояло в том, что она создавалась не на одно-два плавания, а на десять лет. И промысел предполагалось вести не только на уже известной земле – «аляксинской (так. – Н. П.), называемой американской», – но и на тех, которые будут открыты: «знаемые и незнаемые острова для производства пушного промысла, и всяких поисков, и заведения добровольного торга с туземцами».

Эти территории предстояло закрепить за Россией.

Шелихов выступал в этом соглашении уже не как приказчик Голикова, но как вполне равноправный партнер. Его участие в компании отличалось от вклада двух других компаньонов: он обязывался не только вложить свои средства, но и руководить постройкой судов и на одном из них отправиться в плавание. За это он должен был получить сверх причитавшихся ему паев еще треть доли компаньонов.