Нахимов

Сначала о главном: «…спешу и честь имею донести вашему превосходительству, что все вверенные мне гардемарины здоровы и во всём обстоят благополучно». Затем – о том, где были: в Роченсальмском порту, в Свеаборге, в Риге, в Ревеле, в Стокгольме. Чем занимались: «…стоя на вахте, исправляют они возлагаемую на них по званию их должность. Кроме общего вахтенного журнала, каждый из них ведет свой частный журнал, в котором, сверх главных случаев с судном, помещают свои упражнения и описание всего, что на берегу и в разных портах видели и увидят… сами кидают лаг, берут пеленги, делают счисление… прокладывают путь брига по карте… в ясную погоду для сыскания широты берут секстаном высоту солнца, иногда и пополудни замечая азимут и час для проверения компаса и часов».

Перед тем как сняться с якоря, гардемарины по карте изучали маршрут, заучивали румбы (направления) входов, выходов, маяков, других примечательных мест, а потом, проходя мимо них, сверяли путь по карте с тем, что видели

.

По отчету получается вполне благостная картина.

– Это как?

– Как молодой чухонец Иоганка показывал, видел? Он за гривенник вниз головой спускался, а мы что же?

И началось! Раз-два, раз-два – загорелые руки быстро перехватывают веревки. Получилось!

– А если с салинга?

– Нет, с салинга не получится, братцы, какая верхотура…

– Попробуем?

Получилось, даже с салинга получилось!

– Господа, кто с марса?

– Нет, с марса никак нельзя, разбиться можно.

– Так он не такой ловкий был. Главное, чтобы князь не увидал!

Случались и оплошности. Один раз спускался Завалишин вниз головой, а в это время на палубу князь выходил.

– Князь! Князь! Быстрее! – закричали ему.

Пришлось Завалишину опрокидываться и вниз ногами спускаться, как положено. Успел вроде бы, спустился, да веревкой ногу поранил.

– Друг мой, что это? – князь увидел кровь на штанине гардемарина. Пришлось признаваться.

Или вот еще – переходить с одной мачты на другую по снастям, как канатоходец в цирке. На этом Рыкачев попался: оступился, повис на руке да так сжал веревку, что сам спуститься уже не смог. Пришлось звать на помощь. Деревянную доску, что беседкой называют, под него подвели, вниз спустили, а руку потом спиртом долго оттирали, чтобы разжать. Ничего, обошлось.