Дорога домой

Сколько уже можно откладывать, право слово?

– Важно! Потому как ты после этого разговора стал словно замороженным! А нам со Стасей нужен адекватный попутчик и защитник, а не ледышка, которая время от времени вдруг взрывается! – честно высказала свое мнение.

Блондин слегка смутился. Губы поджал и брови светлые нахмурил. Думал. А может, пытался облечь в слова собственные мысли. Но судя по тому, сколько он молчал, сделать это у него никак не получалось.

– Ну неужели так трудно ответить? – устало спросила я. Блин, я ведь и вправду устала от этого недопонимания.

– Что надоело? – сделал вид, что не понимает, о чем речь, феникс.

– То, что тебя бросает из крайности в крайность!

– Я не специально… – попробовал оправдаться Фауст, все еще не ответив на поставленный вопрос.

– Так о чем вы говорили? – напомнила ему.

– О тебе… – наконец соизволил ответить блондин.

Вот только такой ответ меня совершенно не устраивал.

– Это я уже поняла. О чем конкретно?

– О моем отношении к тебе.

Во-от. Это уже хоть что-то. Только почему из него все словно клещами вытягивать приходится? Стоило мне об этом подумать, как феникс глубоко вдохнул и сам продолжил:

– Видишь ли, отец оказался крайне прозорливым. И хоть я и старался скрыть свои чувства, он каким-то образом догадался, что я к тебе неравнодушен.

Ну вот, признался. Я так долго этого ждала, но… легче от этого признания почему-то не стало. Чувствовала, что между нами что-то стоит. Могучее, непроницаемое… Непреодолимая преграда, воздвигнутая отнюдь не нами.

– И что он на это сказал? – с трудом выдавила я.

– Чтобы я оставил эти глупые мысли.

Ну, конечно. А чего еще можно было ожидать? Я Фаусту не пара. Глупо было бы надеяться, что его семья меня одобрит. Он феникс, наследник влиятельного рода. И ему нужна такая же чистокровная, как и он сам.

– Ну да, я ведь просто человек, – буркнула я себе под нос, собираясь закруглить бессмысленный разговор.

Но Фауст услышал.

– При чем тут это? – неожиданно вспылил мужчина.

– А что при чем?! – в ответ вспылила я.

– Люба, неужели ты не понимаешь?! – почти что крикнул Фауст, а я от злости сжала зубы. Опять он на меня орет. Опять обвиняет не пойми в чем, в том числе и в отсутствии мозгов.