Миры во вселенной. Вопросы без ответов, или Трагедия века

Однако она улыбнулась, довольная поддержкой дочери, а затем окликнула её, находящуюся уже в спальне:

– Джулия?

– Я слушаю, – донеслось усталое из-за стены.

– Ты уже кушала? Там в холодильнике сэндвичи с беконом и KOLA.

– Да я поела, спасибо.

Кэрол удовлетворённо кивнула сама себе, и снова погрузилась в свои мысли: «Итак, первым делом завтра с работы я съезжу к Берту Сайлонсу, затем заскочу к своему дяде, а уже после, в завершении к Дилану. Ещё немного подумав и окончательно решив что завтрашний день принесёт ей плоды удачи в отношении интересующих её тем, она выключила свет и тихо пройдя в спальню, чтобы не разбудить (уже уснувшую) дочь легла спать.

Глава 6

– Ну и что вы обо всём этом думаете Дмитрий Сергеевич?

– Не то, что думал сначала.

– То есть? – изумился собеседник.

– Я думаю, что нам не стоит ввязываться в это дело с учёным, потому что… ты же мне сам говорил, что в том эксперименте была замешана американская сторона. Понимаешь меня? И потом, – абсолютно спокойно продолжил Дмитрий Сергеевич, не дав Андрею ответить: – нам уже давно следовало бы обращаться друг к другу на ты.

– Ты прав коллега, – наконец Андрей позволил себе улыбку. Он мог себе её позволить сейчас, поскольку трипанацию делать не пришлось и учёный уже вовсю разговаривал с врачами. Он быстро пошёл на поправку, нисмотря на то, что у него были существенные повреждения височной части. Как ни парадоксально, но факт был налицо.

– А ничего особенного.

– Но…?

– Зато эхокардиограмма показала нам кое что интересное.

– Что именно? – В глазах Андрея мелькнуло любопытство.

– Пойдём покажу, – и Дмитрий Сергеевич направился в свой кабинет. Андрей пошёл за ним, а когда они зашли (Андрей зашёл последним), тот попросил его закрыть за собой дверь и молодой врач закрыл, а Дмитрий Сергеевич достав из какой-то стопки на столе заключение, одел очки и принялся зачитывать: – Вот смотри, Жуковский Сергей Павлович, 59-го года рождения.

– Это не важно, – неожиданно прервал его Андрей и Дмитрий Сергеевич посмотрел на него, словно говоря: «Имей уважение к собеседнику», а затем снова продолжил читать, однако теперь самое главное (повидимому всё же приняв во внимание слова коллеги):

– Здесь визуализируются явные отклонения от нормы.