Назад в СССР

А цены такие солидные, округлые, четырёхзначные – значит, точно поможет! И упаковка оптимистичная, яркая, убедительная – не может быть, чтобы не помогло. Врачи называют это эффектом плацебо. Жаль только, что плацебо есть, а эффекта нет.

Подруга, при мне ища какое-то лекарство, распахнула настенный шкафчик. Да это же целая дежурная аптека на дому, домашний арсенал по оказанию медпомощи! Куда ей столько?!

– В том-то и дело, что некуда, – пожаловалась подруга. – Врач выписывает и выписывает, а мне не помогает и не помогает.

Вот на эти таблетки вообще аллергия оказалась. Эти – индивидуальная непереносимость. Эти – совершенно обратный эффект. Начала пить как антидепрессант – а у меня с них чёрная депрессия.

– Почему бы не ввести пробники лекарств, как это принято с французскими духами? – сетует она. – Или выпускать в маленькой упаковке? Или хотя бы для начала продавать по блистеру? А то изволь сразу 60 таблеток. Или 120. Или 240. Фармацевты любят повышать числа скачкообразно.

Действительно.

Если не подойдёт одежда или обувь, их можно сдать или обменять. Если не подойдёт лекарство – только похоронить в братской могиле шкафчика.

Нацарапанные от руки на коробочках суммы внушительны, с тремя нулями. И впрямь по цене как французские духи. Но на духи существуют пробники. Сколько здесь похоронено пенсий и надежд на выздоровление?

Бойкий врач не унывает, действует методом проб и ошибок. Методом тыка. Вон, его пробами и ошибками шкафчик забит под завязку, вываливаются с полок.

Врач пишет рекомендации по лечению на обратной стороне блестящего квадратика-флаера с названием модного лекарства. Название подозрительно часто мелькает в рекламных паузах и медицинских телешоу. Врачи и ведущие шоу тоже имеют свой циммес в разбойничьей цепочке.

Подруге не повезло с врачом, как мне повезло с Ольгой Петровной.

Аптека – это такой магазин игрушек, «Детский мир» для взрослых. Скляночки, баночки, цветные флакончики, коробочки, лялечки, цацочки, пупусечки. Хрупкое, кукольное волшебное царство.

Пахнущая утешительным аптечным дурманом «Утоли моя печали».

Здесь всё антипод районной поликлиники. Там бедность – здесь изобилие. Там жиденький, калечно трясущийся, мертвенный свет гудящих под потолком дешёвых ламп. Здесь нарядно, уютно, тепло подсвеченные, сверкающие, как в ювелирном магазине, витрины.

Там под ногами полувековой рваный линолеум, о который того гляди споткнёшься, грохнешься и пополнишь очередь к травматологу.