Моя Дорога Ветров, или Всё хорошее начинается с «сайн»

В 2011 году в самом центре Улан-Батора, на площади Чингисхана (бывшей площади Сухэ-Батора), неподалёку от Дворца правительства, в обстановке особой торжественности был открыт памятник Марко Поло – первому европейцу, исследовавшему Внутреннюю Азию и после себя оставившего книгу «О разнообразии мира». В этом труде, не принятом, кстати, современниками, он, будучи долгое время приближённым хана, подробно описал историю, культуру, традиции и быт монголов. Получив богатые дары своего покровителя, вместе с отцом и дядей бывший юаньский чиновник богачом возвратился к себе на родину.

Так и получилось, что в самом сердце столицы рядом с памятником славному сыну монгольского народа (я имею в виду, конечно, Сухэ-Батора, а не Чингисхана – великого отца всех монголов!) в честь столетнего юбилея дипломатической службы увековечен сын ловкого венецианского негоцианта. Этот факт вызвал вполне объяснимое недоумение многих монголов. Да и моё тоже.

Однако в истории дипломатии, науки и исследований Центральной Азии и Монголии есть и другие личности, идеи и труды которых являются поистине целой эпохой.

Я хочу, чтобы вы прониклись тревожностью обстановки, в которую окунулись наши соотечественники, пускаясь в опасные путешествия в Центральную Азию. По сути, в полнейшую неизвестность. Дорога туда не была устлана коврами. Не ожидали путников приветливые улыбки туземцев с предложениями пищи, воды и крова. Напротив, их там никто не ждал, никто туда не звал.

Так, в 1861 году в Урге обосновалось, несмотря на противодействие не желавших сдавать свои позиции китайских властей, первое российское консульство. А состояло оно всего из четырёх человек: консула, секретаря, переводчика и фельдшера. И, заметьте, никакой охраны. Вместо оружия – подчёркнуто дружелюбное отношение к местному населению, подстрекаемому противоборствующими силами из Китая.

И здесь встречаемся с уникальной личностью – консулом Шишмарёвым Я.

Некоторых российских туристов и сейчас шокирует неприхотливость местного населения, живущего в юртах. Справедливости ради отмечу, что ни сами путешествующие, ни встречающая сторона не подвергаются никаким санитарно-гигиеническим испытаниям.