Книга Надежды. Утро наступает всегда

Мы боялись смотреть друг другу в глаза, словно бы в них могли прочитать весь ужас и понять окончательно: это правда.

Рак теперь часть нашей истории. «У вас рак, Надежда» – так назывался этот мир.

Домой мы ехали молча. Я написала своим, чтобы никто не звонил и не трогал меня. Хотела побыть в тишине, только с собой, чтобы принять то, что в тот день услышала. Я полностью закрылась от мира.

Знаете, когда смотришь фильмы, где главный герой тяжело болен, волей-неволей думаешь: «Ну, со мной такого точно никогда не случится…»

Из онкоцентра я унесла на своих хрупких плечах новый мир, в котором теперь предстояло жить.

В первую ночь после встречи с врачом я не могла спать, во вторую тоже, поэтому на третьи сутки выпила снотворное, чтобы хотя бы на время забыться. Но даже под таблетками выныривала из сонного состояния и думала: это все не по-настоящему. Ведь бывают сны подробные, красочные, реалистичные, такие, что начинаешь верить: это правда. Но потом просыпаешься, выдыхаешь и отпускаешь: приснилось, померещилось.

Я не верила до конца, успокаивала себя, что диагноз – это просто страшный сон.

Но утро приходит всегда, таков закон вселенной. И мое утро наступило, правда «наступила» тоже. Будто сапогом на горло.

Я онемела. Исчезла из всех социальных сетей, не могла говорить с друзьями и родными, с трудом находила силы на общение с детьми. Топливо резко закончилось, и какое-то время я функционировала в режиме автопилота, не помня ни себя, ни дней недели.

Позвонила подруга, настояла на разговоре и сказала: «Надюша, у меня есть приятельница, у нее тоже был рак, но сейчас она здорова. И ты будешь здорова, пообщайся с ней».

Она говорила и говорила, а я слушала как мантру, кивала, цеплялась сознанием за отдельные слова: «здорова», «смогла», «пережила», «победила».

В тот же день я позвонила. Девушка поделилась своей историей: как она заболела, как лечилась, как было тяжело и страшно, но теперь она здорова и все хорошо.

Это была первая маленькая победа над унынием. Да, меня поддерживали близкие, но всю боль и ужас смертельного диагноза им не дано понять (и слава Богу!). Да, мама пережила это много лет назад, вот только меньше всего мне хотелось вываливать на нее все свои страхи и возвращать ее в то состояние.