Мадагаскар. Кинематографический роман

Он носил за мной камеру и коробки с пленкой, оптику доверять ему я не рисковал. Можно сказать, что именно со встречи со мной он и начал свой путь в кинематографе ассистентом фронтового кинохроникера.

Военные хроникеры подвиги совершают нечасто, скорее, мы – наблюдатели, создающие для будущих поколений свидетельства об ужасах войны. И уж совсем немыслимо, чтобы подвиг кинохроникера был бы запечатлен на кинопленку, в случае со Штефаном это получилось: у него изначально были врожденные кинематографические способности.

В тот день я собрался запечатлеть фронтовой сюжет под названием «Возвращение разведчиков с боевого задания». Мы со Штефаном расположились с кинокамерой в предоставленном нам небольшом окопе на передовой и ждали, когда в условленном месте отважные лазутчики выйдут к нашим позициям. Ждать их пришлось довольно долго; наконец показались трое. Они вышли из лесу и поспешно двинулись через поле по направлению к нам. Группа была уже неподалеку от линии проволочных заграждений, когда ее обнаружили французы, которые не преминули открыть прицельный огонь.

Ситуация осложнялась применением противником отравляющих газов, в тот день это был этилбромацетат, если мне не изменяет память. Клубы ядовитого вещества двигались в нашу сторону. И разведчики, и мы со Штефаном были вынуждены незамедлительно надеть противогазы.

И нам, и разведчикам было непросто – им совершать короткие перебежки, а мне еще и вести съемку. Один из лазутчиков замешкался и был подстрелен. Раненный, он застыл, запутавшись в колючей проволоке.

Вот тут-то, под пулями, к нему бесстрашно бросился мой ассистент.

На сохранившемся куске кинопленки видно, как к нелепо застывшему в колючках спирали Бруно человеку бросается боец и помогает раненому освободиться. Потом обе фигурки в противогазах бегут в сторону камеры и снова падают.

– Вот тот, слева, и есть Штефан. Это было его первое появление на экране. Поверьте мне, я помню произошедшее вполне отчетливо.

«Человек в противогазе и есть Штефан Шустер», – звучит закадровый голос.

– Поистине, это был мужественный поступок, в тот день Штефан вытащил товарища по оружию, сам же получил достаточно серьезное ранение. За это он был награжден Железным крестом. Что же касается вашего нелепого утверждения, что спасенный Штефаном был Гитлер, это абсолютная чушь, я безоговорочно опровергаю такое нелепое измышление.

– Ну и что же, что ефрейтор? – раздраженно пожал плечами старец.