Дипломная

– И как же эти три вариации сочетаются? – ехидно осведомилась я, разворачиваясь к Лелю.

– А без понятия, – беспечно отмахнулся светловолосый бард, который приводил меня в состояние легкого шока от настолько кардинальной смены темы беседы. – Есть три «дорожки». – Он оглядел всех присутствующих еще раз и с притворной заботливостью осведомился: – Вы меня внимательно слушаете?

До ответа никто не снизошел, но это шуту его величества и не требовалось.

– Отлично! Итак, Юленька, твой первый, да и второй варианты связаны со мной.

– И чем мне это грозит? – Я сразу уловила, к чему ведет шут.

– Киса, какая ты у нас умненькая. – Шут с умилением сложил руки на груди.

– Лель, еще раз назовешь ее кошкой, и тебя не ждет ничего хорошего, – спокойно предупредил приятеля Феликс и взял в руку высокий бокал.

– Тебе можно, а мне нет? – скривил губы светловолосый, с иронией в синих глазах глядя на Кика, который и не подумал отвести взгляда от своего напитка.

– Да, мне можно по одной простой и уже не раз озвученной причине, – спокойно согласился кикимор.

– Я помню. – Шут хихикнул, потом закатил синие глазки и, явно цитируя, продолжил: – «Это МОЕ! Потянешь лапы – протянешь ноги!»

Ошеломленно уставилась на зеленую «Василисушку».

Усугубляя ситуацию, по комнате разнесся издевательский смех Мастера, и Айлар с фальшивым сочувствием проговорил:

– Лель, мне за тебя страшно.

– Но ты же меня достойно похоронишь? – обратился к брюнету придворный паяц.

– Ты не волнуйся, это я возьму на себя, – ласково пообещал Кик… которого я еще никогда не видела настолько злым.

Как бы нашего паяца не побили.

– Ты совсем дурак?

Но вел себя шут и правда как… шут.

– Да. – Лельер гордо кивнул и вскинул подбородок. – Но, милая, я не просто дурак – я официальный, придворный и даже задокументированный!

– А по совместительству еще и высокий лорд Лельер Хинсар, – хмыкнул Айлар. – Со скромным дополнением в виде профессии дознавателя к основной специальности идиота.

– Не любишь ты меня, – вздохнул Лель. – Но вернемся к главному. Итак. – Лель уже в третий раз попытался подобраться к задуманной пакости.