Дипломная

Хотя чему я удивляюсь? Эх…

– Спасибо за информацию, – ровным доброжелательным тоном поблагодарила я и зевнула, прикрыв рот ладонью.

Дальнейших намеков не потребовалось.

– Ты устала?

– Не то чтобы… – Для вида поколебалась, прекрасно понимая, что после разговора он себя чувствует немного неуютно, а стало быть, попытается поскорее закруглить наше общение. А мне только это и нужно.

Кстати, на меня же нуэ еще нападал… и у меня глазки болели.

Утомленно вздохнула и прикрыла веки, положив на них подушечки пальцев, аккуратно помассировала.

– Поехали домой, – решительно заявил Ла-Шавоир.

Я изъявила готовность немедленно выдвигаться в сторону автомобиля!

В итоге через минут двадцать мы подъехали к особнячку на Аллейной и меня со всеми предосторожностями передали с рук на руки Мерилин. И наказали о кошке заботиться.

Жабка зеленая, вредная, солнцем облученная.

Сам болотник почти сразу сбежал по своим загадочным делам, чему я была только рада.

Проспала я несколько часов и, наскоро перекусив, засела в библиотеке, обложившись книжками и листочками. Ушла оттуда уже за полночь, когда стала отключаться прямо за столом.

Глава 3

Кален-Зар

Кабинет главы аналитического отдела

Феликс Ла-Шавоир сидел в кожаном черном кресле и мрачно смотрел на компанию напротив.

Компания в большинстве своем была нервной, напряженной, теребящей листочки с какими-то записями и данными.

Также взлету морального духа не способствовало наличие в кабинете Мастера Смерти, который сидел на подоконнике за спиной кикимора и с интересом рассматривал его команду.

– Феликс, это и правда твои лучшие кадры? – наконец выразил сомнение в увиденном Айлар.

– Я тоже начинаю в этом сомневаться, – угрюмо проговорил Кик и, подавшись вперед, вкрадчиво спросил: – Правильно ли я понял, господа… проработав несколько часов.

– Мы еще можем сказать, как они это сделали, – пробормотал один из молодых нагов, не поднимая глаз от пола. – А вот кто… там и правда нет следов, как мы можем делать выводы?! Погадать?

– Эдан, что за слова! Да хоть по звездам почитать! – взвился Ла-Шавоир.