Король без трона. Кадеты императрицы (сборник)

Это был чистейший тип эмигранток, считавших, что они оказывают Франции большую честь, удостоив вернуться туда со всей своей ненавистью и злобой, которую они даже не трудились скрывать.

– Она, конечно, снова является упрекать нас за измену, – мрачно сказала виконтесса. – Государь, будьте готовы заранее к тому, что, не зная вас, она предаст и вас своей общей анафеме: одно уже ваше присутствие здесь осуждает вас в ее глазах, и ваше терпение подвергнется большому испытанию. Но мы еще раз предупреждаем вас, что довериться ей – значит погубить всех нас.

– Возможно, – слабо согласился Иммармон.

Слово было за Изабеллой, и она грубо, не выбирая выражений, произнесла:

– Я лучше желала бы видеть ее среди наших врагов, но не здесь, между нами. Поклявшись ей, что она прекрасна, ее можно заставить снять свою рубашку и сказать все, что она знает. Со своими любовниками у нее нет тайн: перед ними она обнажена душой так же, как и телом.

Послышались негодующие возгласы.

– Изабелла! – воскликнула сконфуженная виконтесса.

– Сестра! – остановил ее побледневший виконт с выражением упрека.

Прюнже, казалось, был возмущен.

Людовик XVII был удивлен; несмотря на то что итальянская принцесса приучила его к свободным выражениям, все же такая смелость поражала в такой молодой и красивой девушке.

Между тем маркиза Диана д’Этиоль, въехавшая во двор замка, вышла из экипажа и, нервно подбирая платье, поднималась по лестнице. Растрепанные ветром белокурые пряди волос нависли на ее глаза, которые ярко горели; казалось, она была в величайшем волнении.

– Где он?

Никто не ответил ей, делая удивленный вид.

– Где Бруслар? – крикнула она еще громче.

Изабелла церемонно подошла к ней и сделала реверанс.

– Здравствуйте, маркиза! Как вы поживаете? – насмешливо спросила она. – Какой добрый ветер занес вас сюда?

– Я знаю, что он скрылся у вас в парке, мне сказали это… За ним сюда же въехали жандармы… Он выехал от меня… Он схвачен? Отвечайте! Я так страдаю, вы видите…

– Так вы очень любите его? – мрачно спросил Жак д’Иммармон.

– Да, я люблю его, – пылко ответила Диана, – люблю, как истинного героя чести и храбрости!

– Будьте счастливы! – горько сказал виконт. – Он теперь далеко, если все еще продолжает скакать.

– Благодарю, Жак, – томно сказала она, – благодарю, несмотря ни на что, несмотря на ваши преступления…

– Диана! – с упреком сказала виконтесса.