Терентий Семенович Мальцев. Жизненный путь

В ночь на 19 января 1917 года роту, в которой служил Мальцев, оповестили, что через их расположение в тыл врага пройдет группа разведчиков в белых халатах. Глубокой ночью часовой обнаружил разведчиков, передвигающихся по овражку. Только шли они с вражеской стороны, по всей видимости, уже возвращались с задания.

– Сюда, братцы, – тихо позвал часовой. Помедлив, он и рукой показал, как безопаснее пройти. А догадался, что это германцы, только когда ему кляп в рот сунули и крепко связали. Заслышав чужую речь, проснулись солдаты, а винтовок-то уже нет.

Во многих местах Германии побывал пленный Терентий, выполняя физически тяжелые работы. Терпел лишения и издевательства. Обращение конвойных заметно улучшилось, когда мирные дни стали явью. Больных военнопленных Кведлинбургского концентрационного лагеря от работы освободили и даже предоставили им медицинскую помощь. Чрезмерно исхудавшего Мальцева с распухшим коленом положили в госпиталь, причём в палату с ранеными немецкими солдатами.

На первый больничный обед подали картошку в мундире. Глядя на других, Терентий почистил её и съел, а потом не удержался, собрал все шкурки и отправил их в рот. Заметив это, раненые стали делиться с ним своими порциями, а чуть позже принесли с кухни чугунок, полный горячей картошки.

За месяц лечения в госпитале при таком откармливании долговязый заморенный человек заметно поправился. Однако вести о мире, которого все с нетерпением ждали, всё никак не поступали, и в лагере послабление сменилось ожесточением.

Даже после окончания мировой войны бывшие союзники, нанёсшие поражение Германии, не торопились освобождать русских военнопленных, небеспочвенно опасаясь, что эта двухмиллионная масса может пополнить ряды красной армии и укрепить советскую власть.

Терентий Мальцев покинул Кведлинбургский лагерь с одной из последних партий, 19 января 1921 года. По дороге на Родину он с нескрываемым любопытством присматривался к обстановке на полях.

Вновь побывать в тех немецких краях Терентию Семёновичу Мальцеву удалось лишь 43 года спустя, когда он воспользовался приглашением на VIII крестьянский конгресс ГДР.