Призрак

Отец.

Прижимаясь к каменной стене, содрогаясь от кажущихся воображению Леи чудовище – теней, девушка кралась по направлению к узкой, мало кому известной лестнице. Каждый шаг в ее сторону отзывался мучительно громким ударом сердца в груди. Девушка вся напряглась, пытаясь услышать новые звуки. Но теперь ничего – кроме завывания ветра и раскатов грома не было слышно ей.

Голову Леи посетила мысль – быть может, ей просто показалось? Быть может, крик, что раздавался снизу – это просто ссора двух подравшихся воинов отца? Быть может, они перепили эля и поссорились из-за одной прекрасной дамы.

Это крошечное семя надежды придало сил Леи и чуть расслабило ее. Она уже представляла себя – в объятиях своего отца, слышала свой смех – смех, вызванный облегчением. Фредек потреплет ее по волосам и с нежным укором скажет: «какая ты, Леа, все же глупая». И девушка не обидится на его слова.

Она не стала даже доводить мысль до конца, боясь, что сделав это, придаст силы им.

Миновав лестницу, Леа завернула в коридор. Девушка прислушалась – но не услышала ничего такого, что говорило о чем-то страшном. Она еще некоторое время постояла, вглядываясь в царившую полутьму, затем выступила впереди и безошибочно нашла дверь в комнату отца.

Леа, слишком торопившаяся увидеть Фредека, даже не придала значению тому, что рядом с покоями правителя не было привычной охраны.

Что-то в груди Леи дрогнуло. На ногах, которые вмиг отяжелели, словно к ним привязали невидимые грузы, девушка шла к неизбежному. Она уже догадывалась, что предстанет ее глазам. Но отступать, убежать не могла. С затаившимся дыханием, Леа подошла к отцу, обошла его поникшую фигуру и встретилась с жестокой правдой.

Фредек был мертв.

Не веря своим глазам, Леа смотрела на его свисающее вниз лицо, покрытое мертвенной бледностью. Губы Фредека были плотно сжаты, видимо, даже умирая, он проявил свою сдержанность. Девушка подошла к отцу и ласково провела ладонью по его, местами, седым волосам.