Клятва

– Старость – всего лишь состояние души, – философски заметила Кристина, вызывая своим высказыванием удивление у Генри.

– Расскажите о своих родителях, – с удовольствием наблюдая, как прежняя непосредственность и живость возвращаются к Кристине, попросил маркиз.

– Мои родители – благородные и добрые люди. Было время, как рассказывала мама, они путешествовали, теперь, с гибелью Джереми, конечно, многое изменилось, – голос девушки был пропитан тоской и грустью, – родители стали вести затворнический образ жизни.

Генри понимающе кивнул головой. Сам он давно потерял своих близких, и хотя их нельзя было назвать в полном смысле этого слова именно близкими, чувство утраты было знакомо маркизу.

– Подскажете, как добраться до вашего дома? – нарушая тоскливую паузу, поинтересовался Генри.

– Ах, да, – Кристина, оживившись, спешно объяснила маркизу путь до своего дома. Когда Генри, отдав приказ кучеру, снова вернулся на место, девушка сидела уже более расслабленно.

– Я хотел бы удовлетворить своё любопытство, – вытянув перед собой ноги, произнес маркиз.

– Что именно вас интересует? – Кристина окинула его теплым взглядом.

– Что вы делали на холме? Вернее так, почему вы скатились с него? Вас что, сбросила лошадь?

– Это был Фредди, и он не сбросил, а бросил меня, – Кристина нахмурилась.

– Думаю, что сегодня вашему отцу будет не до того, чтобы ругать свою единственную дочь, – заметил Генри, мысленно планируя в голове остаток дня.

– А завтра?

– Завтра вы будете уже далеко, – маркиз послал Кристине сверкающий взгляд.

– О чем это вы?

– Скоро узнаете, – многозначительно протянул маркиз.

Кристина намеревалась уточнить, что именно имел в виду мужчина, однако за холмом показалась хорошо знакомая коричневая крыша дома. Через пару минут блестящий экипаж маркиза Хантингдона остановился старого, 2-этажного деревенского коттеджа.

Не успела Кристина выйти из экипажа, как деревянная дверь дома с оглушающим треском, от которого часть краски упала, открылась, и навстречу нежданному гостю буквально выбежала чета Вудвиллов.