Клятва

Юбка платья так не вовремя попала под босые стопы Кристины, и девушка, вместо того, чтобы сделать реверанс, буквально упала в объятия Генри. Будь на его месте мужчина послабее, то тот бы давно свалился. Однако маркиз устоял на ногах, и удержал Кристину, не позволяя ей скатиться на бок.

Их лица, оказавшись напротив, были столь близки к другу другу, что Кристина смогла разглядеть старый, белый шрам рядом с правой бровью Генри. Увидела она и глубину его синих, завораживающе красивых глаз. Синяя бездна манила к себе, окутывая властью и тайнами.

– Прошу прощения, – испугавшись новых ощущений, пробормотала Кристина. Она, отпрянув назад, спешно расправила помятую юбку.

«Да, – думал Генри, разглядывая девушку смеющимся взглядом, – для её обучения придется нанять самых лучших учителей. Работы здесь немало».

А вслух же маркиз произнес совсем другое:

– Надеюсь, теперь я могу познакомиться с вашими родителями?

ГЛАВА ЧЕТВЕРТАЯ

Генри кивнул в сторону ожидающего экипажа. Кристина проследила за его взглядом – и только теперь девушка заметила, как великолепен был транспорт, на котором путешествовал маркиз.

Экипаж был сделан из полированного, темного дерева, и представлял собой сочетание надежности и изысканности.

Не сдержавшись, Кристина провела подушечками пальцев по теплой, гладкой поверхности приоткрытой двери.

«Какая роскошь», – мелькнуло в голове девушки, прежде, чем она юркнула внутрь экипажа. Но и здесь все не отличалось скромностью. Сиденья, обитые выбеленной кожей, атласные подушки – для особого удобства путешественников.

На окне – бархатные шторы. Кристина потрогала и их.

– Располагайтесь, – Генри, сев у двери, выжидающе посмотрел на Кристину.

Та осторожно опустилась на упругое сиденье. Не сдержавшись, девушка провела ладонями по его мягкой коже. Ощущая некий дискомфорт, в столь роскошном месте, Кристина поерзала на месте.

– Вам удобно? – откинувшись на спинку сиденья, участливо поинтересовался маркиз.

– Да, очень, – Кристина, сложив руки на коленях, выпрямила спину и застыла в напряженной позе.

Глядя на девушку, Генри задался мысленным вопросом – как долго продержится Кристина в таком неудобном положении. Следом за вопросом, маркиза посетило понимание, что ему крайне неприятно видеть её такой – словно она была куклой. Где её недавняя эмоциональность? Где та энергия, которая совсем недавно била в Кристине ключом?

Наконец, Генри начал догадываться, что могло стать причиной этих перемен.