Холодный герцог

Новые наряды, новые драгоценности, балы…

– Но у вас, Диана, исключительный случай, – понизив голос до шепота, обратилась к девушке леди Джейн. – Я не знаю, что именно сподвигло вашу мать выдать вас замуж за герцога, но считаю себя обязанной предупредить вас. Дорогая моя, Дэвид – сущий дьявол. Он играет женскими душами, как игрушками. И даже если вам кажется, что он влюблен в вас, это всего лишь иллюзия. Его сердце – ледяная пропасть, в которой нет ничего, кроме холода и пустоты. Как только он добьется вас, как только овладеет вами – вы перестанете волновать его.

– Поговаривают, что его тело изуродовано какими-то языческими надписями, и дома он ведет себя, как настоящий дикарь. А еще, – краснея как спелая помидорина, возбужденно зашептала леди Анна, – прежняя жена не смогла выдержать его аппетитов в постели и убила себя сама.

ГЛАВА ТРИНАДЦАТАЯ

В это воскресенье с самого утра Лондон гудел от события, которое должно было свершиться в полдень в главном соборе города. Спустя столько лет, самый богатый, влиятельный холостяк Англии, человек, о котором ходили самые противоречивые слухи, мужчина, которым благочестивые матери пугали своих юных дочерей, решил вновь связать себя узами брака с единственным ребенком графини Орнейской.

Поговаривали, что невеста – такая же меркантильная особа, как и её мать. Так же говорили, что будущая жена герцога – невинная жертва хитрой игры графини. Однако все это были лишь предположения, которые все больше обрастали различными, по большей части, выдуманными подробностями.

О женихе говорили уже по-другому. Тихим, еле слышным шепотом. Все не понаслышке знали дурной нрав Дэвида Ричмонда и его нетерпимость к некоторым вещам. Герцог бывал жесток. В конце концов, ведь именно он довел свою первую жену до самоубийства, или же сам, хладнокровно расправился с ней и её любовником.

Теперь, спустя столько лет, видимо, он отыскал новую жертву для себя. Новую, красивую куклу, которую герцог смог бы истязать в своей постели. Вероятно, Диана Орнейская стала идеальной кандидатурой для этой роли. Ни один житель Лондона не верил в то, что дочь графини могла вызвать у Дэвида Ричмонда хотя бы легкое чувство влюбленности.