Балатонский гамбит

– Сейчас Георг тебя отвезет к Виланду, – он притянул ее к себе, она положила руки ему на плечи, под самые погоны. Его светлые глаза были совсем близко, он смотрел на нее с нежностью и глубоко скрытой грустью. Сердце сжалось. Она прислонилась лбом к его плечу.

– Я понимаю, я все понимаю, – произнесла тихо. – Командир должен быть впереди, должен вести бой, подавать пример остальным, но я прошу, если это возможно… Не нужно…

Он поднял ее голову.

– Это трудно. Но я постараюсь. Ради тебя, – сказал, глядя в глаза.

 – Поезжай.

– Я знаю, что значит потерять в бою того, кого любишь, – ее голос дрогнул. – Я потеряла Штефана.

– Не думай об этом. Мы справимся.

Наклонившись, он поцеловал ее в губы.

– Йохан, получен приказ занять исходные позиции, – сверху, с БТРа послышался голос Шлетта. – Я к орудиям.

– Все, иди, иди, больше нет времени, – он отстранил ее. – Борман, отвезите! – приказал офицеру.

– Идемте, фрау Ким, – тот подошел к ней.

Не оборачиваясь, Пайпер поднялся на машину и уже смотрел на карту, разговаривая по рации.

Она повернулась и пошла вслед за Борманом.

– Фрау, – Георг протянул руку, помогая ей подняться на борт. – Здесь оставаться нельзя. Через час здесь все будет простреливаться большевиками.

– Да, да, конечно, – она кивнула, вздохнув, – мне надо быть в госпитале. Обязательно.

– Поехали.

Заработал мотор, БТР сдвинулся с места. Маренн еще раз посмотрела назад, хоть и говорила себе: хватит, хватит вертеть головой, тоже еще девчонка.

Пайпер склонился над картой, к нему один за другим подбегали офицеры, получая приказания перед атакой. Казалось, он совершенно забыл о ней. Но нет, он помнил. Конечно, помнил. Когда БТР развернулся, он поднял голову и посмотрел на нее. Долгий, нежный, пронизывающий взгляд, как признание в любви перед тем, как в очередной раз, может быть, в последний, взглянуть в лицо смерти.

Она положила дымящуюся сигарету в пепельницу, посмотрела на уже увядающие розы в вазе. Дверь открылась, вошел Виланд.

– Что там, Мартин, – спросила, внимательно глядя на него, – кого привезли? Откуда?

– С берега Балатона. Уже была перестрелка с русскими, – ответил тот озабоченно.

– Перестрелка? – она удивилась. – Но до начала атаки еще целый час.

– Эти большевики в любую дырку пролезут, – ответил доктор с досадой. – Прошла одна их разведгруппа, завязался бой.

– Сколько раненых? – она затушила сигарету, встала. – Тяжелые?

– Семь человек.