Арденны

 – Увидимся в Типперери, ребята! Как называется эта солдатская песенка, я ее специально разучивал.

– «Долог путь до Типперери», – подсказала Маренн. – Вы очень кстати, Иоахим.

Пайпер спрыгнул с брони «королевского тигра», на котором приехал. Увидев Маренн, улыбнулся.

– Что вы здесь делаете, фрау Ким? Где Скорцени?

– Он уехал к командиру батальона «Хергет».

– Понимаю, хотят занять высоты Мааса первыми, чтобы посмотреть на Антверпен. Держу пари, я буду там раньше их.

– Не сомневаюсь, вы же на колесах, – Маренн рассмеялась, – и на гусеницах, да еще с непробиваемой броней.

На фоне проходящих мимо эсэсовских танков Пайпер казался самим олицетворением мужественного и храброго немецкого воинства. Маренн знала его по Восточному фронту. Это был по-мужски красивый и умный двадцатидевятилетний офицер. Он прилично владел тремя иностранными языками, обладал завидным мужеством и, что она особенно ценила, – незаурядным чувством юмора.

На Восточном фронте о его смелости рассказывали легенды, он снискал репутацию командира, который хорошо знает, когда нужно выполнять приказ и когда его можно нарушить.

Среди подчиненных Пайпер прослыл истинно прусским служакой, который не искал наград ради наград, хотя за свои ратные дела получил Рыцарский крест – высший боевой орден Германии. И старался никогда не оставлять раненых товарищей на поле боя, что также вызывало у Маренн уважение.

– Вы хотите их подлатать? Зачем? – Пайпер пожал плечами.

– Я понимаю, но хотела бы оказать помощь тем, у кого тяжелые ранения, – возразила Маренн.

– Хорошо, – он снова улыбнулся. – Но тяжелых у них нет. Они же не оказали сопротивления. Просто бросили оружие, и все. Впрочем, если вы считаете нужным, фрау Ким, я не возражаю. По медицинским вопросам вы – главная.

Он снова вскочил на броню «тигра», выпустив клуб сизого дыма из выхлопной трубы, танк отъехал.

– Желаю удачи! – Маренн махнула рукой.

Маренн снова повернулась к американцам. И видом, и настроем они явно уступали немцам. Скорее всего, необстрелянные парни откуда-нибудь из Небраски, Омахи, Миссисипи. Конечно, они не выдержали натиска эсэсовской лейб-гвардии.