Мемуары Михала Клеофаса Огинского. Том 1

Посланник России почувствовал необходимость дать некоторые пояснения и заявил, что императрица рассматривала свой альянс с Польшей как дело исключительно выгодное для Речи Посполитой, которое не должно было вызывать опасения ни у кого из соседей; что именно в таком виде этот альянс был предложен ей польским королем и Постоянным советом и она пошла навстречу их ходатайствам; но поскольку прусский король выражает подозрения по этому поводу, то она незамедлительно пожертвует своим предыдущим планом, которому она последовала бы с удовольствием и от которого теперь с сожалением отказывается.

Можно предположить, что такая манера выражаться была выбрана для того, чтобы увеличить еще более, если это было возможно, недоверие нации к своему королю и пробудить новые подозрения, так как из этого заявления следовало, что не Россия искала союза с Польшей, но что сам король и его Постоянный совет замыслили и представили этот проект.

Через восемь дней после декларации короля Пруссии сейм дал следующий ответ, который заслуживает быть приведенным здесь, так как он заложил основы политических взаимоотношений между Польшей и Пруссией.

«Мы, нижеподписавшиеся, по чрезвычайному указу короля и объединенного состава сейма, имеем честь передать г-ну де Бухгольцу, чрезвычайному послу Его Величества прусского короля, следующий ответ, относящийся к доводам, высказанным Его Величеством прусским королем в его декларации от 12 октября сего года.

Чтение вышеуказанной декларации Его Величества прусского короля перед полным составом сейма на заседании 13 октября пробудило у всех присутствующих живую и искреннюю благодарность, вызванную благородством образа мыслей короля – нашего соседа и друга, который, уверяя Польшу в сохранности ее владений, прибавляет к имеющимся договорам силу доверия лично к нему самому, так как он вполне соответствует тому высокому мнению, которое наша нация имеет о нем как о монархе столь же добродетельном, сколь и могущественном.

Проект альянса между Россией и Польшей, не будучи предложен сейму, прежде свободному, а ныне объединенному, не является объектом союзного акта и сводит работу ассамблеи, в соответствии с общим волеизъявлением нации и военных сил Речи Посполитой, не к идее наступательной, а к идее оборонительной и охранительной в отношении владений Речи Посполитой и независимого положения ее правительства.