Аскольдова могила

– О, не убегай, побудь со мною! – прошептал он едва внятным голосом, простирая к ней свои руки.

Девушка, которая отбежала уже несколько шагов, остановилась и устремила свой робкий и недоверчивый взгляд на трепещущего юношу.

– Чего ты боишься? – продолжал Всеслав умоляющим голосом. – И тебе-то бояться того, кто любит тебя более своей жизни!

Удивление и страх изобразились на прекрасном лице незнакомки. Она сделала Всеславу знак не подходить ближе и продолжала смотреть на него молча.

– Ах, вымолви хотя одно слово! – сказал тихо Всеслав.

– Кто ты? – спросила наконец девушка. – Я тебя не знаю.

– Я Всеслав! – отвечал юноша, сделав шаг вперед.

Девушка вскрикнула от ужаса и пустилась бежать.

– Постой! – сказал с отчаянием юноша. – Постой, возьми хотя назад свое покрывало.

Незнакомка оглянулась и, увидев в руках Всеслава свое голубое покрывало, вскричала с детскою радостию:

– Так, это оно! Спасибо, добрый человек! Положи его здесь на траву.

– Но разве ты не можешь его взять из моих рук? – сказал Всеслав, сделав несколько шагов вперед.

– Из твоих рук! – повторила незнакомка с робостью. – Ты, кажется, незлой человек, – прибавила она, помолчав несколько времени, – но речи твои так чудны… Я боюсь тебя.

– Меня?.. О, если б ты знала, как я люблю тебя, то, верно бы, не стала бояться. Сколько раз я приходил на эту поляну для того, чтобы взглянуть на то место, на котором ты стояла, и молиться тому, кому ты молилась.

– Так ты не язычник? Ах, как я рада!.. Подойди, подойди – теперь я не боюсь тебя!

Всеслав подошел к девушке.

– Вот твое покрывало! – сказал он. – Но если я вижу тебя в последний раз, то не откажи мне: оставь его у меня.

– У тебя?.. На что тебе мое покрывало? – спросила с улыбкою незнакомка. – Разве ты девушка?

– Я не расстался бы с ним во всю жизнь мою: оно прикасалось к тебе, ты носила его.

– Да, и я очень плакала, когда его потеряла; мне подарила его матушка.

– А ты живешь вместе с матерью?

– Нет еще, – отвечала девушка, покачав печально головою.

– Так вы живете розно? Где же она?

– Вот здесь! – шепнула тихо незнакомка, указывая на могилу.

– Так она похоронена здесь? И ты, верно, приходишь сюда молиться ее праху?

– О, нет, я молюсь не ей, а за нее.

– Какому же ты молишься богу?

– Какому? Разве он не один?

– И ты знаешь его?

– А как же?

– Не его ли ты называла Искупителем?

– Да.