Капкан для пилигрима

На месте один мужчина остался: представительный, солидный, с окладистой, роскошной бородой и короткими, пегими волосами на круглой, большой голове. Одет красиво, точно на праздник вырядился. К нему Матвей и подошёл. Вблизи стало заметно, что и этому тоже страшно, ничуть не меньше, чем другим: кровь от лица отлила, кожа побледнела едва ли не до белизны, глаза стеклянные и не двигаются, в одну точку глядят. Понятно, живой человек, помирать нисколько не хочется.

– Чего стоишь? – неласково спросил Матвей. – Сказано – подальше держитесь.

– Я староста деревни, – несолидно пискнул мужчина и тут же смущённо откашлялся. Неловко вышло.

– А, начальство, – усмехнулся Матвей. – Положение обязывает? Понятно.

– Что делать-то, божий человек? – мужчина кивнул в сторону мёртвых путников. – Подходить к ним нельзя, так ведь и тут оставить тоже не дело.

Матвей кивнул. Оставлять, конечно, не следует, это и ребёнку ясно. Глянул на деревню, по крышам внимательным взглядом скользнул. Трубы над каждой торчат, понятно, каким образом в этих краях греются.

– Ты вот что, уважаемый, – буркнул прищурясь. – Распорядись вон там, на поляне, дрова сложить, на манер костра. Да не жмись. Такие нужны, чтобы горели ярко, жарко. Трупы заразные, сжечь надо, а они неохотно горят, знаешь… Однако надо, самое верное дело. Ну, а что от них останется закопаете потом. Не страшно уже, выгорит зараза.

– А как же их… – жалобно затянул староста, но Матвей пресёк жалобные стоны резким взмахом руки.

– Вы дрова сложите, а я уж покойников туда и без вас пристрою. И молитву прочту, всё как полагается.

Староста облегчённо выдохнул, бодрой трусцой засеменил к притихшей вдалеке толпе. Мальчонка привычно дёрнул Матвея за куртку, уставился непонимающе.

– Ты зачем с этим делом связался? Была нужда с мертвяками возиться! А вдруг сам заразишься? Ведь недавно говорил, что второй раз может и не повезти.

– Если не поможем – вся деревня вымрет, – спокойно пояснил Матвей, паренька по острому носику пальцем легонько щёлкнул.

– А зараза? – пискнул малец.

– Белый Дух своего служителя не оставит, – напыщенно воскликнул Матвей и едва не расхохотался от собственной, показной важности.

– Ты бы хоть об оплате сначала договорился, – недовольно надул губы пацан.

– Кто ж за помощь плату требует? – уже всерьёз удивился Матвей.