Ищите и найдете

Трофимов не отпустил своих гостей сейчас же после ужина, а провел в гостиную и попросил сесть.

Герье начал было прощаться, но Степан Гаврилович ласково удержал его за руку и сказал:

– Погодите немного, поговорим!

Они сели у стола с лампой под абажуром, а Варгина Степан Гаврилович устроил на софе в отдаленном темном углу комнаты, и, едва он опустился на мягкую софу, веки его закрылись сами собой, и он погрузился в сладкую дрему, которая охватывает человека, сытно упитавшегося после долгого недоедания.

– Я нарочно, – обратился Трофимов к доктору, – задержал вас, несмотря на поздний час, потому что, насколько могу судить, вы настолько взволнованы, что, если б я отпустил вас без объяснения, вы бы провели бессонную, тревожную ночь, стараясь найти объяснение виденным вами чудесам.

– Неужели вы хотите дать мне эти объяснения? – спросил Герье, сейчас же оживляясь.

– Я вам объясню все, что могу, – ответил Степан Гаврилович. – Спрашивайте!

XIX

Доктор Герье, получивший позволение спрашивать, не знал, с чего начать, и так и выразил это Степану Гавриловичу, сказав, что до сих пор совсем не верил в сверхъестественное, но теперь, после всего виденного, должен признаться, что сверхъестественное действительно существует.

Степан Гаврилович улыбнулся.

– Зачем, – проговорил он, – употреблять слово «сверхъестественное» там, где, в сущности, нет и помину понятия, которое оно выражает!

– Но сознайтесь, – перебил Герье, – что мы видели феномены или чудеса, которые не встречаются каждый день!

– Но и солнечные затмения не встречаются каждый день, между тем вы отлично знаете, что в них нет ничего волшебного!

– Солнечные затмения – явление физическое, известное нам!

– В том-то и дело, что известное! Когда же не знали, в чем оно состоит, то и его считали сверхъестественным.

– Значит, все явления сегодняшнего вечера могут быть объяснены?

– Ну, разумеется! Но для этого надобно немножко доброй воли, надо уметь слушать и уметь видеть.

– Но я, – воскликнул доктор Герье, – слушал, смотрел и при всем моем желании и доброй воле ничего не мог понять и не понимаю теперь.

– Это оттого, – пояснил Степан Гаврилович, – что вы не принадлежите к числу наших посвященных!

В то время мистические общества были очень распространены, и доктор Герье, давно догадавшийся, что провел вечер среди членов одного из таких обществ на их тайном собрании, нисколько не удивился, когда Трофимов сказал ему о «посвященных».