Тогда в Иудее…

Тот, заложив руки за пояс, широко расставив сильные ноги, стоял около створки ворот, озирая толпу безразличным взглядом. Фесда в это время успел обменять несколько мешков на вязанку крепких сухих сучьев. Два селянина купили у него точильный камень и кусок кожи, и Фесде показалось, что Яхве проявил свою милость и позволит ему встретить Седер, как и должно встречать этот праздник сыну Эрец-Исраэля. Толпа постепенно редела. Горожане уносили дрова, а селяне засовывали за пояса ассари, квадрансы и лепты, полученные за них.

– Доброго дня, сосед, – сказал продавец воды, останавливая осла. – Как торговля?

– Не могу сказать, что плохо.

– И у меня хорошо. Всю воду распродал. Вот снова собираюсь к источнику. День будет жаркий, народу в городе много – все захотят пить. А у меня вода, сам знаешь, отличная: с мятным отваром, хорошо утоляет жажду, – он отвязал от седла глиняную кружку, достал маленький кожаный бурдюк и наполнил кружку водой.

– Выпей, сосед, утоли жажду. Это я для себя держу, самому ведь тоже пить хочется.

– А, может, и нам нальешь? – прозвучал голос за спиной Фесды.

Фесда обернулся и увидел двух молодых людей, одетых в симлы из дорогой ткани поверх коротких хитонов. У говорившего симла была ярко-зеленого цвета с крупными синими полосами. Хитон под ней, перехваченный широким поясом из тисненой кожи, был из дорогой египетской ткани.

– Налью, если деньги есть.

– Деньги есть.

Молодой человек в дорогой симле достал из кармашка на поясе несколько медных монет и протянул водоносу.

– Мне и моему спутнику, – проговорил он, отдавая деньги.

Водонос наполнил кружки и протянул их молодым людям.

– А водонос прав, – произнес второй, выглядевший постарше, но тоже в дорогой симле и льняном хитоне, – день действительно будет очень жарким.

Сказав это, он как-то странно улыбнулся. Они выпили воду, отдали кружки водоносу. Тот торопливо привязал их и, еще раз пожелав Фесде удачной торговли, быстро пошел к городу. Фесда видел, как его окружили солдаты. Тот что-то говорил им, показывая на свои кувшины. Наконец солдаты расступились, давая дорогу водоносу, и тот скрылся в тени воротной арки.