На берегу Хопра. рассказы

Сходи на Подозеро… Знаешь где?

Митрофан положительно кивнул.

– Там спросишь Леску. Он всё растолкует. Панкрату здоровья передавай.

Они подъехали к дедовой избе.

– Слазь. Приехали.

Митрофан снял поклажу, и проводил взглядом отъезжающего старосту.

– Сазанье, – он задумался. Что-то недоброе проскочило в голосе Фёдорыча, когда он упомянул об этом, – Сазанье. При случае нужно поспрошать.

6

Июньская ночь в деревне роскошна. В глубине залитого сверчками воздуха где-то в лесу удивляется филин.

Силуэты освещённых луной деревьев являют сказочные причудливые формы. Полная луна, словно купальский костёр, собрала в тёмном поле звёзды. По бледному сияющему диску изредка проходят то ли облака, то ли тени участников праздника.

Нежная, ласкающая прохлада дарует изнурённому жарой телу наслаждение. Летние дни полны забот и трудов. Короткую, но от этого ещё более ценную, передышку даёт крестьянину ночь. Только ночной покой не для молодых-неженатых, тем более в купальскую пору.

– Чаво сидишь бусурманином? – Панкрат заметил возле сарая любующегося небом Митрофана. – Ступай-ка к молодым, неча стариковы кости охранять. Ступай. Мож и глянешь каку?

Митрофан поднялся. Идти никуда не хотелось, но дед не отстанет. Вышел на улицу. За околицей висело зарево праздничного костра. Со стороны появилась звенящая, переливающаяся девичьим смехом ватага. Слово за слово, компания увлекла Митрофана с собой. Праздники на селе общие.

Межсезонные и зимние противостояния улицу на улицу летом отменялись.

Короткое время для отдыха заполнять кулаками – не дело. На это и зима есть.

Пять озёр возле Нарышкино. Пять полных рыбой водоёмов. Четыре – потомки прежнего русла Хопра. Нашла себе река ложбину поудобнее, а людям оставила память. Между улицами Воробьёвка и Подбеково разлеглось иное озеро. Несчастливое, можно сказать. Пугали им местных ребятишек, рассказывая про утопленников. За Еланкой раскинулось болото. Неразрывно связана жизнь нарышей с водой.

Почитай каждый селянин с юных лет занимается рыбалкой. А Купала для этих селян родной.

Широко разбежался праздник по луговине – от леса до Кривого озера. Недалеко от берега бросает языки в ночное небо большой костёр. Да и не пламя это вовсе, а дорога, на одном конце которой водят хоровод люди, а на другом звёзды.

– Со вьюном хожу, да со вьюном хожу.

Я не знаю, куда вьюн положить

Я не знаю, куда вьюн положить.