Гражданин Доктор

Позже мне рассказывали, с каким любопытством вся больница следила за происходящим в операционной.

Самый тесный контакт удалось установить с опытной старшей (и единственной) операционной сестрой Марией Даниловной Кокотовой. Отношения с ней наладились по типу «мать и сын». Ранее Мария Даниловна работала в Томске с известным хирургом Андреем Григорьевичем Савиных. Она многое знала, умела и учила меня. В качестве ассистентов удалось привлечь врача-стоматолога Галину Санухину, врача Остер и двух студенток-медичек, одна из которых была дочерью главного врача.

Первое время мы делали только срочные операции, но затем перешли и к плановой хирургии.

Сохранились многие протоколы операций, записанные на листках блокнота. Бумага за 62 года пожелтела, чернила частично выцвели.

Среди произведенных операций апофеозом была резекция желудка по поводу рака у больного, фамилия которого четко запомнилась – Тошманаков. У него была клиническая картина стеноза привратника.

Рентгеновский аппарат в больнице не работал. Мы предположили очень частую в то время рубцовую причину стеноза и планировали сделать наиболее простую операцию – наложить передний желудочно-кишечный анастомоз с дополнительным межкишечным анастомозом.

Однако после вскрытия под местным обезболиванием брюшной полости был выявлен рак пилорического отдела желудка.

Послеоперационный период у этого больного прошел без осложнений, и он был выписан из больницы.

Работа в беловской больнице позволила получить клинические навыки и ощутить роль организационного начала в хирургии. Для последующей учебы и работы особенно важным было осознание роли медицинских сестер и санитарок для лечения больных. Стало ясно, что врачи не только всегда должны учить медицинских сестер, но и сами могут у них многому учиться.

В последние дни августа 1943 года необходимо было возвращаться из Белово в Новосибирск – начинались занятия в институте.

Отъезд пришлось несколько раз откладывать из-за неотложных операций и тяжелых больных. В итоге я уехал лишь в середине сентября. На вокзале долго обнимались и целовались. К сожалению, фотографий на память не осталось. Фотоаппаратов ни у кого не было. Да и вообще в 1943 году никому в голову не могло прийти фотографировать на железнодорожной станции военно-промышленного города.