Мы-Погодаевские

– Так… начала Анисова, став возле стола, – ток идет от плюса к минусу…

Соединила провода, звонок молчит.

– Не звонит, – нарочито сердясь, подосадовал Василий Гаврилович. – А ведь учила!

– Учила, Василий Гаврилович, учила!

– А не звонит…Ну давай, еще разок!

– Анисова проверила все соединения, подтверждая «теоретически» ответы. Звонок молчал.

– А ты, Замаратский, учил домашнее задание?

Я молчал.

– Значит, не учил. – В голосе учителя слышалось смешинка. – А звонок включишь в цепь?

– Пустяки, – сказал я и всунул центральный стержень в раствор электролита.

Звонок зазвенел.

– Так, кому «пятерку» ставить? – улыбался Василий Гаврилович. – Тебе, Анисова?

…Еще эпизод. На экзамене по физике я не могу одолеть задачу (проклятые дроби!), хотя ход решения рассказал, ответив перед этим на теоретические вопросы.

– Ну что же, – потребовал Иван Калинович, директор школы, тоже преподователь физики. – Решай задачу.

Я не знал, как умножить или разделить проклятущие дроби в сотых или тысячных долях; запустил, не смог одолеть премудростей этих долей и каменно молчал:

– Итак, – подвел итог Иван Калинович, – надо ученика оставлять на осень.

– Нет, – возразил Василий Гаврилович, оглядывая ассистентов, – оставлять на осень надо нас с вами.

– Кого же конкретно?

– Ищи ветра в поле! – усмехнулся Василий Гаврилович. – Десятичные дроби в какой классе проходят? Наша, повторяю, общая недоработка…

Есть и мой брак: мог же я «копнуть» ученика поглубже? Впрочем, учился он неплохо, отличался сообразительностью, но, видимо, крестьянские гены дают себя знать: абстрактное мышление в деревне развито слабо, поэтому ученик не смог одолеть довольно отвлеченные от практического применения дроби.

Много позже, когда я уже работал в Доме культуры, приходилось не раз удивляться памяти, артистическим способностям, интеллигентности и простоте Василия Гавриловича! С каким удовольствием брался он за любые роли в спектаклях, каким почетом пользовался у зрителей за правдивое, искреннее исполнение ролей в спектаклях, но и как учитель был уважаем не только учениками, но и населением вообще.

Иван Павлович Голубев

Мне довелось учиться у Ивана Павловича Голубева, учителя математики, степенного, вдумчивого человека. Был он высокого роста, крепкого телосложения.

Нравилось, что он старался отвлеченные от жизненных потребностей задачи приблизить, соединить с практикой.