Русь и Орда

Снова последовала длинная пауза, в продолжение которой Ольга Юрьевна, подавленная словами собеседника, мысленно осваивала нарисованный ей портрет карачевского князя, а Василий, глядя на нее, наслаждался плодами своей выдумки. Придя наконец к мысли, что в мужчине красота не самое важное да боярин, быть может, слегка и прилгнул, Ольга спросила:

– А что скажешь ты касаемо слухов, которые ныне идут из Карачева? Знаю, ты им не слишком веришь, но все же, как мнится тебе: могло ли и впрямь такое приключиться?

– Оно-то могло, – подумав, ответил Василий.

– Коли так, почто же ты сумневаешься в том, что ныне говорят?

– Да уж больно тихо было в нашей земле, как я ее покидал. А когда такие дела вызревают, в самом воздухе чуется что-то неладное. Есть и другое: Василий Пантелеевич своим дядьям не дуже доверяет и, мнится мне, столь легко не дался бы в западню.

– Ну а все же, коли оплошал он и заманили его?

– Тогда могло окончиться так, как люди сказывают. Василий Пантелеевич человек горячий и, когда осерчает, хоть кого может в куски посечь. Живым бы он им в руки не дался.

– И что же теперь будет, коли все так случилось?

– Да ничего не будет. Съездит Василий Пантелеевич в Орду, оправдается перед ханом, и дело с концом. Ведь правда-то на его стороне.

– Значит, мыслишь ты, что стола своего он не потеряет?

– Вестимо, нет! Хан еще и обласкает его за то, что был крут и смуты в своей земле не допустил. Для Узбека тот князь и хорош, который своих удельных умеет в страхе держать. А голов русских нешто ему жалко?

– Думаю, в этом ты прав, боярин. Тако же и я мыслю, – задумчиво промолвила Ольга. – Ну, однако мне домой пора. Спаси тебя Бог за все, что ты мне поведал.

– Рад, коли угодил тебе, княжна. Стало быть, на этом кончился наш первый разговор.

– Али ты уже перестал торопиться в Вятскую землю? – спросила Ольга, поднимая на Василия искрящиеся улыбкой глаза.

– Ехать-то мне нужно, Ольга Юрьевна… но ведь надобно колодой быть, а не человеком, чтобы с легким сердцем покинуть места, где тебя хоть издали увидеть можно. К тому же я тебе обещал остаться на два либо три разговора.

– Ну, коли для пользы твоей надобно, то обещание я тебе могу и вернуть.