Таежный бродяга

– Эй, Чума, – закричал он, – ты что здесь делаешь?! Вот, легок на помине!

И он поспешил ко мне, семеня и подмигивая, таща собеседника за рукав.

– Мы как раз о тебе толковали! – зачастил Гога. – Я ему рассказывал про твои делишки. Он ведь тоже завязавший, отошедший от кодлы. Такой же «бывший», как и ты… Да вы познакомьтесь.

Пожимая мне руку, парень сказал сиповатым, застуженным баском:

– Иван Туманов. Рад увидеться! Я о тебе давно слышал – еще у хозяина… Как же, как же! Рад!

– Ты что, тоже с 503-й стройки? – спросил я.

– Оттуда, – кивнул Иван. – Курейку знаешь?

– Еще бы не знать, – усмехнулся я, – памятные места. Я там на штрафняке был.

– Да ну? – отозвался он. – Значит, мы по соседству чалились. Штрафняк на сороковой версте стоял, а наш лесозавод – пониже, у самого устья. Н-да. Вот как… Землячки, стало быть. И когда ж ты, земеля, там был?

– В пятьдесят первом году.

– А я как раз в тот год, осенью, на свободу вышел.

– Ну, сейчас что делаешь?

– Тружусь, – улыбнулся Иван, – а что мне еще остается? Коль уж завязал, значит – кончики.

Улыбка у него была простецкая, открытая – до ушей. И весь он выглядел на зависть крепким и ладным, и по лицу его, по всему его облику, заметно было, что он не ропщет на судьбу и вполне доволен своей участью.

Я спросил, с интересом разглядывая этого парня:

– Где же ты теперь вкалываешь?

– В экспедиции… Производим археологические раскопки древних городищ… В общем, экспедиция эта – от академии наук, понимаешь? Ученых всяких навалом.

– И нравится?

– А конечно! Заработки приличные. И работенка тоже подходящая. Как я человек простой… Всю жизнь в лагерях жидкие щи хлебал, ломом подпоясывался… Мне не привыкать. Да ведь и образование мое – сам понимаешь. Неполное начальное. Это ты один такой у нас – и грамотный, и талант имеешь. Твое дело, ка-а-анешно, особое!

– Он вообще везучий, – поддакнул Гога.

– Везучий, – убежденно сказал Иван, – ясное дело!

– Да какой я везучий, – уныло махнул я рукой, – где оно, это везенье? В чем? Наоборот.

– Ну как же! – ответил Иван. – Мне Гога рассказывал, все уши прожужжал… Зашел в Союз писателей, рванул там валюту – и в кабак. Чем не жизнь?! – Он прищурился. – Скоро небось в большие люди выйдешь, с нами и знаться не захочешь.

Конец ознакомительного фрагмента.

Текст предоставлен ООО «ЛитРес».