Патриарх Никон. Том 1

– Дождешься, дождешься, кот Васька моется, да, слышишь, и конь ржет… Чуют гостей…

В это время петух пропел; старушка набожно перекрестилась и стала шептать:

– Когда же двинут ангелы Господни одежду и венец от престола Господня, тогда пробуждается петел, поднимает глас свой и плещет крылами своими…

– Бабушка, бабушка, поворожи… погадай… уж больно соскучилась…

Старуха ушла в сени, принесли оттуда ведро с водой, прошептала над ним какую-то молитву и, осветив воду лучиной, сказала:

– Гляди, Паша, теперь в воду: что увидишь, то и сбудется.

– Вижу его на коне, он скачет! – воскликнула Паша.

– Видишь, суженого и конем не объедешь,?– торжествовала старушка.

В это время послышался топот копыт, у Паши замерло сердце, она бросилась из избы на двор: это приехал из Нижнего Никита Минич.

Увидя на нем одежду послушника, Паша остановилась и побледнела.

Привязав лошадь к крыльцу, Никита Минич подошел к ней, обнял ее и поцеловал несколько раз.

– Видишь, ни к отцу, ни к матери, а к тебе заехал я… Отец Василий дома?

– Сейчас будет, он на крестинах.

– Называй меня Никой, так называла меня и покойная мать… Но как ты похудела?..

– Тосковала по тебе, противный, а ты, чай, нагляделся на красавиц и в церкви и на ярманке?

– Молился Богу,?– серьезно возразил Никита Минич,?– да о тебе, грешный, думал… Думал, думал и вот приехал… Где батюшка, пущай решает судьбу нашу…

В это время показался и батюшка, ему кто-то сообщил о приезде гостя.

Отец Василий, увидя Никиту Минича, бросился к нему на шею и не знал на радостях, что говорить.

Он ввел его в избу, посадил в углу под образа, любовался им и только приговаривал:

– Ну, спасибо… не ожидал… потешил старика… Паша… тетушка… что в печи, на стол мечи… чай, голоден… на коне приехал… где взял…

Между тем Паша и бабушка засуетились, накрыли на стол и действительно подали все, что у них имелось.

Когда старик немного успокоился, Никита Минич стал рассказывать ему о том, какие порядки он ввел в Макарьевском монастыре и как митрополит Ефрем взыскал его; в конце же своего рассказа он присовокупил:

– Теперь, батюшка, от тебя зависит: аль принять мне лик ангельский, аль быть иереем…

– Как от меня? – спросил отец Василий удивленно.

– Так, коли отдашь мне Пашу, тогда я иерей; коли нет – я?чернец.

– А я тут при чем? – бормотал несвязно старик.?– Погляди на голубицу, измаялась… Ты уж с нею поговори… а мне что?..