Невестка Петра Великого (сборник)

Я желаю поступить в монастырь и прошу на то ваше согласие.

    Алексей».

Эта короткая записка довела до крайности раздражение царя. Он легко догадался, что всякая надежда на исправление сына напрасна.

В это время царь готовился к походу в Мекленбург. Накануне своего отъезда он зашел к сыну и спросил его, на что он решился. Царевич отвечал:

– Я хочу поступить в монастырь.

– Подумай хорошенько, – сказал царь, – не торопись, ты еще молод, ты можешь еще вернуться на верный путь. Подумай, я еще буду ждать шесть месяцев.

Затем Петр оставил Петербург, и Алексей был рад, что получил время исполнить свой план.

Он давно уже имел намерение спастись от преследований отца бегством в какую-нибудь отдаленную местность. Сначала он думал скрыться под рубищами нищего, ходящего по святым местам России, бродя из одного монастыря в другой. Но его духовный отец Иаков Игнатьев нашел этот план неудобным и полагал, что царевич может быть в безопасности только вне пределов России. Кикин старался найти ему убежище при дворе австрийского императора в Вене, который был женат на сестре Шарлотты.

«Я похлопотал о тебе в Вене, – писал Кикин царевичу. – Поезжай к императору Карлу, он тебя не выдаст».

Между тем как царевич обдумывал это предложение, пришло письмо от царя. Это было в последние дни августа 1716 года. Шестимесячная отсрочка минула, и Петр напоминал сыну, что ждет его ответа, и приказал царевичу приехать к нему лично и объявить свое решение.

Это обстоятельство подвигло молодого человека к решительным действиям.

Единственное, что останавливало Алексея, была Афросина. Царевич привязался к ней всей душой и не мог расстаться с ней. Но одно слово Меншикова решило его сомнение.

– Что ты сделаешь с Афросиной? – спросил князь.

– Она поедет со мною до Риги, а оттуда я ее пошлю назад, – отвечал Алексей.

– Лучше возьми ее с собой в Мекленбург, – предложил Меншиков, который вообще не отличался строгой нравственностью.

Этот легкомысленный совет решил судьбу царевича.

Двадцатого сентября Алексей, в сопровождении Афросины, ее брата и трех слуг, отправился, как все полагали, через Ригу в Мекленбург.

В Либаве он встретился со своей теткой, княгиней Марией Алексеевной, которая возвращалась из Карлсбада и которая держала сторону отверженной жены Петра, матери Алексея.