Тайный сад женской души

Дочка притихла, отвернулась от Феди и за всю дорогу не издала ни звука. Она всегда боялась незнакомцев.

– И давно вы здесь живёте? – спросил Федя.

– Уже два года. А ты?

– Четыре.

– И мы увиделись только сейчас, забавно…

Так странно было идти с ним рядом вот так просто, спустя лет десять. Удивительно, что я волновалась так же, как раньше, и всё так же хотелось его поддеть, дружески поколотить. Я никогда прежде не задумывалась, что возможно дальнейшее общение. Прощаясь с кем-то, я расставалась навсегда, не допуская мысли о возможной встрече спустя годы.

Я не удержалась и поделилась своей безумной творческой идеей, которую обдумывала уже не первый год.

– Мне нужно к инвесторам. Я нашла главного, но он в Москве, и личная консультация с ним просто по видеозвонку стоит аж четыре тысячи.

– Так, родная моя! Платить за что?! Это развод!

Я громко усмехнулась и процедила сквозь зубы:

– Я тебе не родная.

Во мне закипело возмущение, проснулись прошлые обиды. Как он смеет называть меня родной? Он никогда не ценил меня и не дорожил мной.

Он вёл себя как и раньше – больше расспрашивал меня, чем говорил о себе. Давил авторитетом, едва я успевала задать ему вопрос. Он стал режиссёром, ездил по миру, снимая картины. Женился, но детей не было, и пока не хотел.

Удивительно, но Федя до сих пор помнил подробности моей жизни: мой родной город, жизнь в частном доме, мечту о своём собственном, сестру с родителями.

Мы попрощались на перекрёстке – Федя побежал в парк, а мы с дочкой повернули в обратную сторону.

Я так и не узнала, почему он не ответил на мои сообщения, не смогла спросить и про прошлое – что же было между нами.

Но я шла, улыбаясь своим мыслям. Всё же встреча с прошлым на миг вернула меня к той – лёгкой, счастливой студентке театральной школы.

Глава четвёртая

Одуванчики. С виду пушистые солнышки, усеивающие полянки. Но для сада – злостные сорняки, от которых не избавиться. Они не дают расти другим цветам, мешают газонным травам, их белые облачка с семенами в мгновение ока разлетаются по округе, захватывая всё новые пространства, а на одежде и руках от одуванчиков надолго остаются бурые пятна.