Marilyn Manson: долгий, трудный путь из ада

Дед сидел к нам спиной, мы видели его вечную сине-серую фланелевую рубашку, вытянутую шею с жёлто-коричневым обручем и пропитанную потом майку. Белая эластичная лента – тоже уже почерневшая – удерживала металлический катетер над его адамовым яблоком.

Джек Уорнер

По нашим телам пошла медленная, но мощная волна страха. Вот оно. Мы поползли по скрипучей лестнице как можно аккуратнее, надеясь, что поезда заглушат наш шум. Достигнув пола, мы развернулись и спрятались в затхлой нише за лестницей, стараясь не плеваться и не орать, когда паутина липла к нашим лицам.

Из укрытия мы могли видеть макет железной дороги: два пути, по обоим несутся поезда, позвякивая на кое-как состыкованных рельсах и издавая ядовитый электрический запашок – как будто горящего металла. Дед сидел у чёрного трансформатора, управляющего движением поездов. Тыльная сторона шеи неизменно мне напоминала крайнюю плоть. Морщинистая, дублёная кожа, как у ящерицы, только красная. Вообще кожа его была серо-белой, как птичий помёт, кроме носа, раскрасневшегося и сильно испортившегося за годы пьянства.

Дед никакого внимания не обращал на несущиеся вокруг него поезда. Он сидел со спущенными до колен штанами, на ногах лежал журнал, он хрипел быстро дёргал правой рукой в паху, и в то же время левой вытирал мокроту с горла тем же самым желтоватым носовым платком. Мы, конечно, поняли, чем он там занимается, и хотели тут же убежать.

Внезапно хрипение прекратилось, дед крутанулся на стуле и поглядел на лестницу. У нас душа в пятки ушла. Он встал – штаны упали – а мы изо всех сил прижались к заплесневевшей стене, и теперь уже не могли видеть, что он там делает. Моё сердце стукнулось о грудную клетку так, как будто бутылка разбилась, и я так остолбенел, что даже кричать не мог. В голове моей пронеслись тысячи разных извращений, которые дед с нами сейчас сотворит, хотя я замертво бы упал, если б он просто ко мне прикоснулся.

Снова начались хрипы, движения, шарканье по полу. Мы выдохнули. Уже можно было выглянуть из-за лестницы. На самом деле совершенно не хотелось этого делать. Но – надо.

Спустя несколько мучительно долгих минут из горла деда вырвался ужасный звук – так звучит работающий автомобильный двигатель, если повернуть ключ зажигания.