Под светом чужой звезды

Требовал, чтобы я произнес фразу отключения. Я бы так и сделал, вот только прежний владелец забыл мне перед смертью ее сообщить.

Можно было бы попросить комм у хозяина поместья, но тем самым, как мне казалось, я расписывался в собственной беспомощности и отсутствии модуля.

Признаваться в этом не хотелось.

Так что до местного праздника я жил практически в социальном вакууме.

Мы подьехали к особняку Ур-Наммурапи в Исине на обычном местном антигравитационном пепелаце, скромном и незаметном, портальные перемещения в Ниппуре и на территории всех семи столиц, окруживших главный город лепестками цветика-семицветика, были запрещены.

– Вылезай, – нун легко выскочил из гравиплана, требовательно махнул рукой. – Дальше – пешком.

Я недовольно сморщился, но взгляд от резиденции местного главного босса не отвел. Да и когда доведется поглазеть на летающий остров – зависшие на высоте почти в полкилометра несколько десятков гектаров отполированной каменной платформы со строениями наверху и идеально ровной поверхностью внизу.

– Да, я и забыл, что ты дикарь, – улыбнулся Громеш. – Красиво, правда? Только эгир может жить в летающем дворце. Бедняга. На земле куда удобнее.

– И как мы туда попадем? Может, надо взлететь повыше?

– Если только частями. И вообще, уважай хозяев, и они не станут приближать твою смерть.

Бодрой походкой трехсотлетний дедулька направился прямо к центру находящейся под платформой застройки – невысокие домики на участках без оград, идеальные лужайки, бассейны, парковые островки и спортивные площадки. Народу было не то чтобы мало, то там, то здесь попадались праздношатающиеся аборигены, но вот на нас они внимания практически не обращали. Только лысые парни в туниках при виде нуна низко склонялись и стояли так, пока он не пройдет.

Шел старичок быстро, почти бежал, и километр мы проделали буквально за несколько минут. Под центром платформы нас уже ждали – три человека в военной форме отсалютовали нуну, небрежно кивнули мне и отступили на шаг от каменного круга, куда мой спутник немедленно встал, да и меня затащил.

Приемный круг находился в большом холле, откуда в другие помещения вела только одна дверь. Высокая, двустворчатая, с богатой резьбой и золотой отделкой.