Изгой

 – Чарли нажал на большую кнопку на столешнице, тренькнул сигнал лифта, открылась решетчатая дверь.

На третьем этаже царил полумрак, но Павел тут отлично ориентировался. Спокойно дошел до третьей справа двери, распахнул, и оказался в просторной комнате с панорамными окнами. Рядом с ними стояла мисс Фернандес, подтянутая женщина с роскошными светлыми волосами, высокими скулами и пухлым ртом, пышной грудью и широкими бедрами, одетая в легкомысленный розовый халат с опушкой. На вид ей вполне можно было дать от двадцати пяти до тридцати, только едва заметные морщинки возле глаз и вертикальные – на лбу намекали об истинном возрасте.

– Нина.

– Павел. – Женщина дождалась, пока он сам к ней подойдет, слегка приспустила халат с плеч, обнимая парня, махнула рукой, постояла так несколько секунд, а потом затемнила наглухо стекла. И чмокнула парня в щеку.

– Вырос еще больше, Веласкес. Так ты скоро до потолка макушкой будешь доставать.

Халат вернулся на место, Павел рассмеялся.

– Что за привычка раздеваться, когда я здесь? Сегодня в борделе будет аншлаг, минимум пятеро с улицы пялились на тебя, когда я вошел.

– Все, что хорошо для бизнеса, хорошо и для меня. Что случилось?

– Меня отсылают делать репортаж где-то на побережье, так что в этот раз решил заглянуть к вам пораньше.

Нина провела Павлу ладонью по щеке.

– Спасибо, что приехал.

– Куда я денусь. – Парень приобнял ее, чмокнул в висок и направился к двери в соседнюю, смежную комнату, распахнул. – Ну что, где тут моя любимая больная? Триш, радость моя, выглядишь отлично.

Внизу, на улице, полицейский смотрел на затемнившееся окно; полуобнаженная фигура хозяйки мотеля исчезла; один из завсегдатаев, тоже пялившийся на шикарную спину, присвистнул, поднял ладони – мол, никаких проблем, офицер – и засеменил дальше, в сторону борделя. День был жаркий, и пот потихоньку выступал даже под формой из специальной ткани. Фергюссон стер белоснежным платком капельки со лба, покачал головой и набрал сообщение на планшете.

Маги не создавали проблем последние полторы сотни лет, по крайней мере здесь, в окрестностях Лацио; у полицейского было четкое указание от тех, кто негласно управлял городом – парня не трогать, только проследить. Ничего личного, правда, один из предков Фергюссона погиб, когда обезумевшие маги громили Нижний город и пытались прорваться в Верхний, но это было очень давно. Слишком давно для ненависти.