Изгой

Все промышленные предприятия давно уже перенесли вниз или дальше на север, еще сто лет назад оставались те, которые потребляли много энергии и мало других ресурсов, но и они переехали в Нижний город и в Сантаменто, а то и вовсе на равнины. Зато в Верхнем городе были лучшие больницы, самые современные лаборатории и самые дорогие отели, если не считать Парка на восточном побережье, в Ньюпорте, и тех, что строили в новых городах на севере и востоке.

Дорога, соединяющая две части столицы, шла серпантином, поднимаясь по вырубленной в скале дороге, навстречу почти никто не ехал, зато впереди тащились платформы, доставлявшие в Верхний город продукты и прочие предметы потребления, – грузовые лифты и Северо-западная дорога не справлялись с мощным потоком грузов.

Две полосы позволяли обгонять неторопливый грузовой транспорт, байк разогнался и в последний момент ушел от столкновения с кабриолетом, спускавшимся вниз. Пассажирка ойкнула, разразилась ругательствами, а Павел только расхохотался.

Сразу после серпантина объездная дорога уходила влево, а прямо шло шоссе, выводившее прямо к центру Верхнего города. Когда первое поселение строилось, на архитектуру и планировку внимания обращали немного, узкие улочки, петлявшие рядом с частными домами, заставили широкий проспект сразу после здания городского Совета уйти направо, к новым районам. Телефон Павла тут не работал, и пассажирка быстро вошла в роль штурмана, командуя, когда и куда повернуть.

– Ты чуть меня не убил.

 – Клэр спрыгнула с сиденья, как только байк остановился рядом с основным корпусом больницы, семиэтажным зданием из стекла и бетона, довольно потянулась. – Но это было классно.

– В следующий раз буду поосторожнее. – Парень остался сидеть.

Рабочий день начинался рано, пока солнце еще только всходило, не слепя глаза. Стоянка неподалеку почти заполнилась, в основном такими же байками, как и у него, но были там и четырехколесные машины, из одной только что вышел вальяжный пожилой человек с круглым животиком, выпирающим из-под белоснежного пиджака, с тросточкой и сигарой в левой руке, остановился.

Рядом припарковался еще один кабриолет, маленький и изящный, из него выскочила высокая молодая женщина в бежевой брючной двойке, с крохотной сумочкой в руках, подбежала к пожилому, и они что-то начали обсуждать.

И если на пожилого Павел взглянул так, мельком, то на его собеседницу – очень внимательно.