Бессмертный: Рожденные сражаться

Единственное, что смог сделать Эрк, это полностью покрыть свое тело броней, что ничуть не поставило бакура в тупик.

Вампиры сноровисто и крепко принялись вязать тело бессмертного прочными веревками. Спустя некоторое время всей этой возни, Эрк сделался похож на кокон. Свободной оставалась лишь его голова. Вампиры даже завязали своему пленнику глаза, и Эркен все больше понимал, что эти твари хорошо знали о силах бессмертных. Возможно, они уже схватили точно таким же образом кого-то из них, потому что в их действиях чувствовался опыт.

Когда Эркен был полностью замотан, обступившие его вампиры разошлись немного по сторонам, и до ушей Эрка донеслись слова патриарха:

– Кровь высших всегда была нашей слабостью, что тут скажешь? Мы пробовали людей, и они крайне хороши, но альхары должны быть попросту выше всяческих похвал.

– Хрен вам, а не моя кровь! – зло ответил Эрк. Сквозь повязку из шкуры, которой ему замотали глаза, парень прекрасно видел энергетические силуэты кровососов.

– Мы пробьем дыру в твоей броне – это лишь дело времени, – говорил патриарх, но Эркен перебил старика, обратившись ко всем присутствующим вампирам:

– Убейте друг друга!

Сперва ничего не произошло, и Эрк испугался, что сила его глаз не работает на бакура, но спустя несколько мгновений примерно половина из присутствующих кровососов набросилась на сородичей, и завязался бой, быстро превратившийся в кровавую свалку.

Эркен смеялся и выкрикивал ругательства. Связанный бессмертный вдобавок катался по полу, а по норе носились окровавленные вампиры, кромсая друг друга когтями. Темная густоватая кровь бакура заливала все вокруг уже меньше чем через минуту драки, а Эркен все также беспомощно перекатывался, пока ему на ум не пришла простая и гениальная мысль.

Эрк убрал броню со своего тела, и опутывающие его веревки ослабли. Это позволило бессмертному выбраться и призвать топор. Бакура продолжали рвать своих же сородичей, но бессмертный видел, что не все кровососы поддались его силе. Одни спятили, а другие всего лишь отбивались от обезумевших сородичей. Но этого было достаточно, чтобы внести в ряды вампиров необходимое смятение.