Бессмертный. Огонь войны

Дальнейшее продвижение Эркена стало осторожным. Лидер приказал ему не растягиваться, чтобы постоянно держать ментальную связь.

Как понял бессмертный, силы Гамерика работали примерно метров на триста, что вполне уравнивало его с тем же Ивлисом. Силы Крицы и других старших колдунов действовали на сотню или чуть больше, а остальные были ниже этих отметок.

В теории, как подсчитал бессмертный, чтобы Гамерик связывался с бессмертным на больших расстояниях, нужно было бы задействовать силы других воинов храма для увеличения дальности, но Гамерик велел Эркену не отдаляться далеко, чтобы поддерживать связь в одиночку.

Эркену казалось, он начинал потихоньку вникать в правила колдовского мира. В голове юноши вырисовывались более-менее четкие рамки, по которых можно разбить храмовников на группы. Не мог бессмертный пропустить и Имора. Обаятельного темного колдуна Эркен приравнял к самым слабым воинам храма из отряда Гамерика. Силы Имора, в своем большинстве, работали в пределах полусотни метров, и лишь его птицы-разведчики могли покрывать большие расстояния.

Помимо прочего, благодаря своим подсчетам и размышлениям, Эркен наконец понял почему его второе зрение так важно для отряда. Храмовники хоть и сами способны различать цвета чужих душ и видеть колдовскую энергию, но могут они это делать на сильно ограниченном расстоянии, в то время как второе зрение бессмертного ничуть не уступало его основному.

Эркен даже ощутил подъем, когда понял, что начинает кумекать в колдовстве. Гота сказала, что бессмертные не могут пользоваться магией, однако разбираться в ней никто не мешает. Знания, как показывает опыт, крайне полезны, потому что всегда можно найти того, кому они пригодятся. Возможно, когда-нибудь уже сам Эркен будет делиться своими познаниями с каким-нибудь народом, чем принесет ему пользу.

До города оставалось несколько тысяч шагов. Такое расстояние можно было бы очень быстро покрыть на гриморе, но бессмертный держался чуть впереди храмовников, постоянно отвечая на мысленные вопросы Гамерика. Лидер воинов храма спрашивал, что видел бессмертный. Его интересовали любые проявления угрозы, но бессмертный не замечал таковых.