Главная загадка «Эволюции»

Ну а с помощью вашего проекта узнаем! Вероятность, что передаются, по моему мнению, намного выше. Ведь, по сути, что такое разум? Это результат химических процессов в мозге человека. Почему бы этим процессам не зависеть от физического строения мозга? А то, что мозг клона будет полностью идентичным мозгу оригинала, мы уже знаем наверняка.

– Хотелось бы в это верить. – Сергей снова вздохнул.

– А вы верьте, верьте, друг мой! Без сомнений здесь обойтись трудно, всё бывает: и сомнения, и ошибки. Но таков путь учёного: через тернии к звёздам! И на этом пути главное – не терять веры в себя, в свои силы, в свою команду и в победу!

– Да если бы я не верил, то и не взялся бы за это дело.

Вы же меня знаете! – Молодой учёный немного оживился, услышав слова поддержки от своего наставника.

– Вот это другое дело, – одобрительно произнёс Ворон.

– Но ещё предстоит сложная работа по изъятию генетического материала. Это меня тоже сейчас очень волнует.

– А на ком вы остановились в итоге, напомните старику…

– Эйнштейн, Леонардо, Ньютон и Мария Кюри.

– Боже мой! Боже мой! – Ворон мечтательно вздохнул. – Как жаль, что я не доживу до того времени, когда они повзрослеют! Ведь каждый из этих учёных менял ход истории! Представьте, друг мой, возможно, вам доведётся услышать спор Ньютона и Эйнштейна! Классическая теория против теории относительности!

– Всё же будущие клоны – это не те великие люди, которых больше нет. Но, вероятно, у них будут свои мысли и собственные теории.

И как знать, не превзойдут ли они своих прототипов! Сейчас это всё похоже на сон, – признался Лазарев, – но так хотелось бы увидеть его наяву!

– Полноте, Серёженька, полноте! – Старик махнул рукой. – Это не сон. Это современная наука. Дерзкая мысль. Пытливый разум. И вы – да, именно вы, друг мой, – сейчас находитесь на острие науки. Я горжусь, что вы мой ученик! Эх, пожалуй, за это нужно выпить чего-нибудь покрепче чаю! Как насчёт коньяка? У меня есть бутылочка «Двина», пятьдесят градусов, между прочим…

– Знаю-знаю.

 – Лазарев улыбнулся. – Армянский коньяк, который, по легенде, пил Черчилль.

Ворон с трудом вылез из-за стола и направился к резному дубовому буфету.

– А с генетическим материалом, я думаю, проблем не будет. У меня есть связи в нескольких зарубежных университетах, я вам помогу, чем смогу.

– Но ведь «Эволюция» – строго засекреченный проект, – возразил Лазарев.