Последняя жизнь принца Аластора

Он утешал себя тем, что других вариантов заплатить за вход у них не было. Ведьма не может отдать часть своей магии, чтобы вручить кому-то еще, магия слишком связана с ее телом. Демон, наоборот, только собирал, хранил и использовал магию, которую вырабатывали восхитительные человеческие эмоции – страх, ненависть, злоба.

Душегуб неохотно выдавил последние капли магии, которые он получил от сделки с мальчиком. Банка наполнилась и стала теплой, человеческое стекло смогло удержать сгустки магии, они мерцали, освещая руки мальчика.

Мальчик так удивился, что чуть не выронил банку, но ведьма успела броситься вперед и поймать ее в нескольких сантиметрах от тротуара.

Они оба выдохнули и уставились друг на друга.

«Аккуратнее, слизняк! – огрызнулся Аластор. – У меня не так много осталось, чтобы ее просто выбрасывать. Этого должно хватить, чтобы мы смогли заплатить за вход и провести внутри хотя бы час».

Мальчик и ведьма не торопились, петляя по краю дорожки, когда стая оборотней пробежала в противоположном направлении.

На Полуночной площади осталось множество забытых плащей и остроконечных шляп после того, как все в страхе разбежались.

Ребята выбрали себе плащи поплотнее и начали уже потеть под широкими капюшонами. Аластору оставалось надеяться, что гоблинская вонь перебьет человечий дух.

– А если нам не хватит часа? – прошептал мальчик.

«Хватит.

Демон вел ребят древними ветхими дорогами, по которым уже давно никто не ходил, понимая, что Пира, конечно, уже отправила патрули своей Королевской гвардии и гуля-ищейку Грешную Звезду на поиски мальчика.

Все это время Аластор боролся с собой. Он страшно хотел захватить тело мальчика и пойти быстрее.

К счастью, тайный ход, который он вырезал в камнях Кровавых Ворот, никуда не делся. Открыть его удалось легко, мальчик просто толкнул дверь своим немощным плечом.

– А это… правда рынок? – прошептала Нелл, заглядывая за торговые ряды. Туман рассеялся, и они смогли достаточно четко увидеть Сад Костей.

– Ого, – это было все, на что хватило мальчика.

«Именно. Разве он не прекрасен?»

– Кажется, правильное слово – «отвратителен».