Ловец слов

На этом слиянии река превращалась в настоящее море, потому что с одного берега невозможно было разглядеть противоположный.

Помимо увеличившейся волны и смешенного течения Яшу пришлось еще и начать маневрировать между большими и средними ладьями, мелкими плоскодонками и такими же однодеревками, как у него. Он обратил внимание на то, что вместо обычно упорядоченного судоходного движения, на реке царит какой-то бардак: крики, ругань и толчея. Такого раньше он не наблюдал, даже приплывая сюда в такую горячую пору, как осенняя торговля.

Менять резко курс направления среди этой сумятицы было еще сложнее, глаза слипались, мышцы задубели. Благо плыть оставалось уже совсем немного, величественные башни и защитные стены береговой линии города уже красовались на левом берегу реки.

Постоялый двор находился сразу за причалом. В полудреме, еле волоча за собою мешки, Яш добрался до него. Он не помнил, как расплатился, вошел в предоставленную комнату и, замертво упав на кушетку, мгновенно уснул.

* * *

За закрытой дверью громко разговаривали двое взрослых мужчин. Их диалог больше походил на спор, временами переходящий в крик. Яш от него и проснулся. Шевелиться не хотелось, руки и поясница всё еще ныли от напряжения. Мешки!? Яш приподнялся, оглянулся – мешки лежали на кушетке рядом с ним. От этого как будто полегчало, и остатки сна, как рукой, сняло.

– Ты меня не понимаешь, –твердил первый голос за дверью.

– Что я должен понимать, когда ты отказываешься освобождать комнату? – вопрошал второй.

 – Плати вперед за два дня, и комната твоя!

– Да не могу я прямо сейчас, я же говорю, дела! Дай мне время до вечера, и я расплачусь с тобой сполна, – твердил первый голос, казавшийся гораздо старше второго.

– Не моего ума, что у тебя… эти самые, – запнулся второй, видимо, это был хозяин постоялого двора, – … плати сейчас или освобождай. У меня без тебя тоже не в этот…, невворот.

– Невпроворот, – подсказал первый голос.

– Во-во, раз такой вумный, то и денег найдешь, значит, на комнату! – заключил второй и зашагал по скрипучим половицам.

Первый тоже, немного погодя, сделал несколько шагов и открыл одну из ближайших дверей. Но затем, резко её захлопнув, помчался обратно за хозяином, крича тому вслед:

– Постой! Послушай, я кое-что придумал! – он с грохотом помчался по лестнице вниз, что-то еще крича вслед ушедшему собеседнику.

Яш присел. Голоса стихли. Надо было поесть и собираться на ярмарку.