Маленький Леший

Ну как ты, сынок?

Виталий почувствовал, как еловая лапка медленно погладила его лицо, и открыл глаза. Высоко в небе медленно кружил аист.

– Где я?

– Там, где и был, – хмыкнул Жаб.

– Я умер?

– С чевой-то вдруг?! – Лейтенант почувствовал, как встрепенулся Пенек, – Живой ты, мил человек.

– Но я же…– Виталий хотел повернуть голову, но та же еловая лапа ласково удержала его на месте.

– Не нужно людям нас видеть, сынок, уж не серчай. Не умер ты, сосед мой тебя из озера вытащил, а…

– А немцы?

– Эту нечисть я закрутил, заблудил и отправил мухоморы собирать, поди, и сейчас комаров кормят, – самодовольный смешок Пенька заставил губы офицера растянуться в улыбке.

– Кто вы? – Виталий закрыл глаза, подумав: «Это сон, я умер и вижу сны».

– А ты не понял еще? – проквакал Жаб, – Ить меня ты первый из людей увидал.

– Я?

– Истинно, – подтвердил Пенек.

– Вспомни, что ты видел последнее? – подключился Жаб.

– Я… – Лейтенант наморщил лоб: – Отпустил корягу и стал тонуть, рыбки были вокруг – и все.

– Вот же молодежь пошла, – прервало Виталия обиженное кваканье, – невнимательная и неуважительная. Самого хозяина не заметил, а?

– Подождите… – В голове офицера пронеслись последние секунды перед тем, как он потерял сознание: рыбки и огромный… – Да, я вспомнил! Ком, большой ком водорослей и…

На землю что-то с грохотом упало, и тут же раздался гомерический хохот. Казалось, смеялось все: трава, деревья, даже букашка отвлеклась от изучения грязной щеки лейтенанта и тихонько захихикала.

– Все правильно, сынок, только теперь это не просто ком, а ком в фуражке, – отдышавшись, с трудом просипел Пенек.

– Подождите, – смутная догадка осенила Виталия. – Не может быть… неужели?..

– Ужели, ужели, – добродушно квакнул Жаб. – Я Водяной.

– А я – Леший, – проскрипел Пенек.

– А я, наверное, сошел с ума, – прошептал лейтенант и снова потерял сознание.

***

По лицу текла вода. Виталий вздохнул и очнулся.

– Слабый какой-то… выдюжит хоть? – словно издалека офицер услышал уже знакомый голос Жаба.

«Значит, не показалось», – со страхом и какой-то непонятной радостью подумал лейтенант.

– Не переживай, сосед, раз не побоялся свою жизнь за солдат положить, то и хворь свою победит. Он еще у нас повоюет, – добродушно проскрипел Пенек.

– Оклемался? – На лоб бесцеремонно шмякнулось что-то мокрое.

– Спасибо. – Лейтенант открыл глаза: над ним высоко в небе все так же кружил одинокий аист.