Культурный код красоты. Театр моды Tempesta infinito

Который покажет, как прекрасен этот дивный новый мир и ты в нем.

Реальность обрушилась на Олю, когда ей было двенадцать. Не стало любимых бабушки и дедушки. Она тяжело это переживала

начались проблемы со здоровьем, которые отражались на коже. Оле пришлось пропустить много занятий. В отношениях со сверстниками тоже стало все сложно.

«Глаза бы не видели эту школу! Из хорошего там только Маша и наши с ней репетиции. Как там говорили вчера на литературе? Луч света в темном царстве. Хах! – Оля рассмотрела свое лицо в зеркало и опять осталась недовольна.

Приближалась дискотека для старших классов, где ее ждала роль Анны Седоковой и песня «Биология». – Сделают ли кудри, корсет и пышная юбка из меня звезду?»

День икс настал. Маша готовила своих девочек к выступлению. Она знала, как создать эффектный образ: экзамен по макияжу в модельной школе сдала, сама много раз выходила на сцену. У нее были знания, навыки и чемоданчик хорошей косметики. Она нанесла Оле тон, блеск для губ и еще раз внимательно посмотрела на лицо девушки: «Нужен какой-то яркий акцент…» Несколько точных движений – и глаза подчеркнули эффектные стрелки с блестками.

«Готово! Красотка».

– Помню, как мне дают зеркало. Смотрю на себя и начинаю плакать от того, какая я красивая. Ко мне стали подходить одноклассники и говорить: «Ух ты, ничего себе! Ты можешь быть такой?» С тех пор мой любимый макияж – это стрелки.

Казалось бы, что за великое событие? Всего лишь школьная дискотека, всего лишь пародия на клип. Но для меня тогда это очень много значило.

И этот момент осознания своей красоты я запомнила на всю жизнь. Вообще, благодаря Маше у меня была возможность адекватно выплыть из первого в моей жизни горя. Я очень ей за это благодарна.

Кем ты станешь, когда вырастешь?

Через три года работы творческий кружок Логачёвой превратился в театрально-эстрадную студию. Теперь там не просто ставили школьные концерты, а занимались дефиле, танцами, актерским мастерством, изучали этикет. На обучение записался весь «подшефный» класс.

А Оля Кузнецова – самая первая.

Только вот ее родители не разделяли этого увлечения. В семье военных и инженеров рассчитывали, что дочь поступит в школу МЧС или школу милиции. Но у них вырос «нежный цветочек», который захотел стать моделью. Ежедневные репетиции в студии считались блажью, Олю закрывали дома. Она плакала, била в дверь ногами, кричала, и в итоге родители ее отпускали. Оля бежала, опаздывала, но ни за что не пропускала занятия.