Жизнь и карты Люлькиной / Ленорман

Фактически всё, чем Вы так кичитесь, получили за счёт фамилии и статуса вашего супруга».

«Замолчи, замолчи! Не смей об этом никому говорить!» – в бешенстве орала твоя мать.

«Я-то, конечно, не скажу, но Вы в обмен пообещайте мне: в следующей жизни, в каком бы веке она ни была, Вы добровольно вернёте мне всё, что забрали сейчас».

«Несёшь всякую ахинею, ведьма! Следующих жизней не бывает, это ересь, на костёр тебя надо!».

«Вы не ответили», сказала я, пристально посмотрев ей в глаза.

Мадам де Ланжерон опустила глаза в пол и тихо ответила: «Да».

Молчание.

– Ну, как у тебя с матушкой в этой жизни? Взяла она тебя за жабры? Внуков требует?

– Не имеет значения.

– Мне всегда хотелось понять, что она с тобой делала? После того, как прибегал Кардинал, ты уходил в свои ланжеронские хоромы, возвращался оттуда со стеклянными глазами и спал 18 часов минимум. Что она делала с тобой?

– Я не хочу отвечать на этот вопрос.

– Ничего не изменилось. И сейчас ты по-прежнему зависишь от неё, от её требований, ожиданий, упрёков.

«Сыночка, мой сыночка, красивый, как картиночка».

– Я не помню, как выглядел в прошлом, но сейчас у меня нет выдающихся внешних данных. И, вероятно, чисто внешне я тебе не понравлюсь.

– Ты, как бы это культурно сказать, просто идиот, если думаешь, что мне была интересна твоя внешность. Да, безусловно, она позволяла тебе охмурять женщин в два счёта, но… время идёт, люди стареют, красота проходит, если внутри пусто, человек-пустышка.

А в тебе маг спал и начинал понемногу гнить. Ну, и ещё, у тебя было одно потрясающее умение, на которое твоя внешность никак не влияла.

– Что ты сейчас имеешь в виду?

– Я имею в виду секс. По косе, мётлам, плетям и совам сразу.

– А как ты думаешь, кто это мог бы быть, мальчик или девочка?

– Совы обозначают двойню, на карте нарисована девочка в платьице с бантиком (13 Ребенок).

– То есть, карты в прямом смысле отражают события нашей жизни?

– Да.

Животные: сов, лис, аиста и собаку я взяла с твоих черновиков… и ещё медведя. Ты очень красиво рисовал животных. У тебя до сих пор сохранилась сильная связь именно с этими картами.

– Да, я люблю животных больше, чем людей.

– А почему ты не удивился, что по крови не Ланжерон?

– Я знал об этом. Мой отец сказал мне, что не может иметь детей, но я для него – как сын. Мы решили не расстраивать мать и подыгрывали ей всю жизнь.