Красные бригады. Итальянская история левых подпольщиков

Но одно кажется несомненным: с нашей стороны широко распространена неспособность переработать поражение, которое мы потерпели. Неспособность посмотреть в лицо прошлому, а также настоящему. Поэтому все живут, как писал «Sanatano», «не желая, чтобы их слишком беспокоили призраки, которые не завершены, не полностью вызваны, не окончательно изгнаны».

Мы должны спросить себя об этой кажущейся спокойной жизни беспокойного и даже озлобленного поколения. Это трудность, которую нужно пережить, ошеломленная тишина, в которой мы можем найти причины отсутствия, оставившего Ростаньо без воды во время его последних мужественных сражений с героиновыми боссами.

Друг предложил нам полуразваливающийся дом на берегу реки Адидже. Вместе с Ростаньо и Паоло Пальмиери, который сейчас преподает антропологию в Падуанском университете, мы решили сделать из него коммуну или, скромнее, «открытый учебный дом». Мы немного поработали над укреплением и восстановлением здания, нам помогали добровольцы и помогли несколько мелких краж: я помню, как мы украли с площади круглую платформу муниципальной полиции и превратили ее в большой рабочий стол.

Нас там спало всего трое, но днем приходили все, кто хотел. Даже группы по двадцать мальчиков и несколько редких девочек. Мы проводили небольшие семинары, организовывали что-то вроде контркурсов на темы, которые в университете не рассматривались или, по нашему мнению, рассматривались плохо: больше Витгенштейн, чем Маркс, но также Фанон, Маркузе, Беньямин. И началась странная игра: ведь в по-прежнему очень закрытом климате общества Трентино посещение нашего «дня открытых дверей» означало подвергнуть себя еще большей критике и подозрениям.

Одной из первых студенток, регулярно посещавших наш «дом колдунов», была Маргерита Кагол: и одной из причин, по которой я сразу же влюбился в нее, была также большая смелость, которую она проявила, перейдя мост через Адидже к нам.

В целом я уважал своих профессоров. У меня остались приятные воспоминания о втором курсе экономики, который вели Нино Андретта и его ассистент Романо Проди: нас было всего пять человек, потому что программа была солидной, а они считались очень строгими и требовательными.