О чем тоскует могильщик?

Легко было рассчитать по параличу и схеме падения нужное место, уже потом, после операции, корил себя за это.

В голосе молодого доктора было столько досады на самого себя, будто он совершил что-то ужасное, девушка явно прочувствовала его переживания, удивляясь, как он к этому серьезно относится.

– Но, Степан Сергеевич, это же только волосы, всего-то мелочь.

– Простите, я лишнего наговорил вам, но раз уж так вышло, то скажу, что в моем деле мелочей не бывает. – Он улыбнулся, чтобы успокоить девушку, которая расстроилась вместе с ним.

Оба покраснели, раздался стук в дверь, а за ним показалась голова красавца молодого офицера Бориса Бергова, жениха девушки, с огромным букетом красных роз.

– Можно? – нерешительно спросил он.

– Да, мы уже закончили осмотр. Проходите, пожалуйста, а мне как раз уже пора. Вы помните рекомендации? – Он серьезно кивнул Вере, на этот раз без улыбки, и направился к выходу.

– Я на секунду. – Борис бросил к ногам девушки букет и выскочил вслед Горину. – Доктор, – окликнул он.

– Да, что вы хотели? – холодно ответил тот.

– Простите, доктор, можно задать вам деликатный вопрос? – Офицер старался говорить тише и отвести его подальше от палаты.

– Да, конечно.

– Я, видите ли, обручен с Верой Игнатьевной, – замялся он.

– И?

– Ну, вот эта ее травма, операция, они как-то повлияют на ее дальнейшее здоровье? Ну, понимаете, о чем я? – Он смущенно покусывал верхнюю губу и был в этот момент невыносимо противен Степану.

– Не извольте беспокоиться. Абсолютно никак не повлияют. Предсказание самое благоприятное, полнейшее выздоровление, нужно только время, чтобы лечение прошло правильно. Двигательные, умственные, психические функции без изменений. – Он хотел добавить – детородные, но сдержался. – Можете смело жениться.

– Ой, благодарю, доктор. – Он пожал обеими руками руку Горина. – Даже не представляете, как успокоили, а то и ночей не спал.

– Мне надо идти, извините, дела.

– Да-да, конечно. – Борис с облегчением погладил лоб, будто стряхнул пот, на что челюсти Степана непроизвольно сжались, и он поспешил удалиться.

Новых посетителей не было, и ему сейчас очень подошло уединение с трупом, о вскрытии которого просил его Вениамин.