О чем тоскует могильщик?

Девушка хотела было завести разговор, но поняла, что проголодалась настолько, что не в силах разговаривать, пока не уплетет все, что ей послало местное гостеприимство, а пирожок оказался с малиновым вареньем.

– Ты не спеши, наговоришься еще, – будто читала ее мысли хозяйка.

Тепло и легкое потрескивание печки, тиканье настенных часов, шум дождя за окном и ароматный травяной чай окутали девушку приятным уютом, лицо зарделось румянцем, голова еще болела, и довольно сильно, да пошатывало, но блаженная улыбка уже плотно заняла свое место.

– Я вам так и не представилась. Меня зовут Кристина. – Дама молчала, глядя на девушку своим глубоким загадочным взглядом. – Я работаю в гостинице администратором и шла домой, поздно уже было, около десяти часов вечера, смена у меня такая. Дорогу переходила на светофоре, как положено, на зеленый свет, машина сбила. Представляете? Я провалилась, сознание потеряла, а потом очнулась в багажнике, парень с девушкой сбросить меня в озеро собирались и сбросили, но я выплыла.

Лесом шла, дорогой, пока на вас не набрела. Такая вот история, – пожала она плечами. – А у вас тут есть парень с девушкой? Не в этой деревне живут? – вдруг испугалась Крис.

– Нет, кроме меня, здесь никого нет. Заброшена деревня. Давно уже.

– Так вы здесь одна? А как так получилось? Простите, не знаю, как вас величать.

– Зови баба Фима.

– Ой, вы такая статная дама, что бабой Фимой и язык не поворачивается называть. По отчеству как?

– Неча церемониться.

Баба Фима, я уж лет пятьдесят как баба Фима. Ты на стать не смотри, это только вид такой, простая я, деревенская, без хитрости, одичала без людей, вот и кажусь тебе важной.

– А Фима – это Серафима, значит?

– Ну да.

– Красивое имя.

– И давно вы одна живете?

– Не считала, давно.

– А куда все делись?

– Молодые уехали в город в девяностые, а старые кто за ними подался, кто поумирал.

– А вы не уехали?

– Куда? Моя семья вся здесь на кладбище лежит, жду, когда и я с ними лягу.

– И что, здесь совсем-совсем никого нет? Ни почты, ни больницы, ни полиции, ни магазинов?

– Нету. Даже электричества нет.

– Как такое возможно?! И вам не страшно? Заболеете, занеможете, помрете. Кто ж вам поможет, похоронит, в конце концов? И куда социальные службы смотрят!

– Нет, не страшно, Бог не оставляет без присмотра. Сказать по правде, есть у меня опекун. – Впервые Крис увидела улыбку на лице хозяйки.