Золотой Трон

С чем он останется, если одним махом повергнет все это на пол?!

Скрипнула входная дверь, заставив Зульхакима унять свой гнев, и в следующий миг он уже превратился в услужливого улыбающегося добряка, готового прийти на помощь каждому, кто постучится к нему в дом.

На пороге стоял человек. Его длинный, расшитый золотыми нитями халат, застегивающийся посередине на пуговицы из драгоценных камней, его кожаные темно-коричневые сапоги, отделанные по голенищу шелковой тканью с золотой вышивкой, говорили о том, что в аптеку пожаловал весьма знатный и влиятельный вельможа.

Зульхаким мельком бросил взгляд на тугую кожаную мошну, что висела на поясе у вельможи. Блеск воображаемых в ней монет тотчас заставил аптекаря склониться в почтительном поклоне. Подобострастно кивая головой, он беспрестанно обнажал в улыбке поредевшие за жизнь зубы. Однако он уже успел жестом показать Марпате, чтобы тот удалился из комнаты.

Вельможа, окинув взором помещение, ответил на приветственные поклоны аптекаря еле заметным кивком головы.

– Чем могу служить господину? – Зульхаким заискивающе заглядывал в глаза посетителю.

Вельможа не спешил с ответом, а взгляд его скользил то по стенам с полками и стеллажами, то по столу, на котором стояли излюбленные весы аптекаря, то вдруг устремился на дверь, за которой несколько мгновений назад скрылся Марпата.

– Уважаемый, – растягивая слова, обратился вельможа к Зульхакиму, – меня привело к тебе одно интересное обстоятельство. Люди говорят, будто у тебя в работниках живет некий иноземец, знающий чудодейственные секреты исцеления.

Зульхаким побелел от неожиданности. Его губы задрожали. Комок подступил к горлу. Сейчас он ненавидел Марпату за своеволие, которое тот проявил, предлагая горожанам свои рецепты. И зачем он взял его к себе в работники? Сейчас Зульхаким не мог простить себе этой оплошности.

– Людям свойственно ошибаться, – тихо ответил Зульхаким вельможе, – у меня действительно есть работник-ученик, но он пока еще ровным счетом ничего не понимает в аптекарском деле.

– Я не сказал тебе, уважаемый, – не меняя интонации, продолжал вельможа, – я пришел к тебе по просьбе моего господина эмира Харун ад-Дина. Он хочет видеть твоего работника. Он просил немедля доставить его во дворец.

Самообладание едва не покинуло Зульхакима. Из последних сил, собрав дух в единый комок, он ответил:

– К сожалению, сегодня я отпустил моего работника на отдых. Его здесь нет.