Золотой Трон

Сегодня их, воинов Тимура, было только трое. Насира отчего-то нигде не могли найти. Тимура, как вожака, это весьма раздражало, тем более что он наказал всем готовиться к предстоящей охоте. Он расценивал неповиновение Насира (который был старше Тимура на несколько лет) если не как личную обиду, то уж, во всяком случае, как собственную слабость организовать своих воинов. Однако этих мыслей он не выдавал никому. Они, его товарищи, должны были видеть в нем сильного, уверенного вожака.

Тимур разорвал руками жареную дичь и раздал каждому по куску.

За входом в пещеру послышались чьи-то шаги. Тимур насторожился. Никто, кроме их неразлучной команды, не знал этой тропы. И они никому не хотели раскрывать тайного их обиталища, позволяющего скрыться от нежелательных глаз.

Твердые уверенные шаги приближались. Тимур привстал. Друзья переглянулись. Недолгие мгновения неизвестности напряглись настороженностью. Шаги слышались уже рядом. Наконец, в каменном проеме показался… Насир. Все облегченно вздохнули.

Тимур еще сердился на Насира, но тот, не говоря ни слова, подошел к нему. Только теперь Тимур заметил, что на руке Насира сидела большая, накрытая кожаным мешком птица. Тимур пытливо посмотрел на Насира, потом осторожно снял с птицы мешок. О, он не мог поверить своим глазам! На руке товарища восседал молодой, еще плохо оперившийся золотистый орел.

– Где ты взял его?! – Глаза Тимура загорелись огнем вожделения. Золотистый орел! Эта птица была его заветной мечтой! Золотистый орел, в отличие от ястреба, мог летать без пары.

Его зоркость, его меткость и королевское величие делали эту птицу гордостью любого охотника, словно титул, повышая значимость любой семьи, любого рода.

– Не спрашивай меня, Тимур, где я приобрел эту птицу, – уклонился от ответа Насир, – я – барлас, я – воин, а орел – моя добыча. Я дарю его тебе. Он – твой.

Роскошная птица перекочевала на руку Тимура. Мощные острые когти впились в толстую кожаную перчатку, грозя продырявить грубо выделанную кожу.

Рука Тимура чувствовала крепкие объятия лап орла. Тимуру передавалась сила этой птицы, вселяющая желание охотиться, желание воевать, желание побеждать.

– Насир, ты настоящий друг, – неотрывно, с восхищением глядя на орла, растягивал слова оторопевший от неожиданного подношения Тимур. – Я прощаю тебе твое отсутствие.

Всецело поглощенный подарком, Тимур не подозревал, какое сходство он имел сейчас с этой величественной птицей.