Барышня из будущего

– Что бы пропустить такое событие, нужно быть глупцом, ведь женится единственный сын продолжатель династии Большаковых! Видишь ли милочка, не дал бог здоровых деток, все во младенчестве померли и муж тоже больше десяти лет как отдал богу душу и живу одна. Вроде все есть, о чем можно пожелать и власть, и почет, и деньги. Только как подумаешь, что две династии Мальцевых и Большаковых прервутся, так сердце не на месте. А так бог даст, глядишь все и наладится. – графиня прервалась на этих словах смахнула невидимые слезинки из глаз.

– Проводи пожалуйста, до коляски! – проговорила и взяла мою руку, вышли из беседки. Маша стояла за деревом, с графиней шли медленно по направлению к дому, молчали каждая о своем, подойдя к карете графиня остановилась. Взяв за обе руки, повернулась лицом и проговорила.

– Прости дитя за такое обращение. Как видишь стара, своенравна и важно было понять в чьи руки попадет Алексей, знаешь, что от того какая женщина за спиной многое зависит.

Осталась стоять на том же месте не шевелясь. Каши в голове стало только больше, все ходили вокруг да около, но никто не говорил прямо, что раздражало.

– Все эти недомолвки и проверки, пусть остаются и разгребают все что настроили. – подумала. Пойти сейчас, забрать телефон из стопки белья и в зал, может всевышний сжалится и откроет портал хоть на несколько секунд? Подобрав юбки, побежала вверх по ступенькам, и лишь успела зайти в холл, как наскочила на отца выходящего из кабинета вместе с Алексеем Егоровичем.

Глава 9

– Серафима Михайловна, – проговорил Большаков кланяясь, – Уже попили чай с тетушкой?

– Да, – коротко кивнула сокрушаясь только о том, что уже второй раз за день, останавливают в самый последний момент на пути к цели.

– Ну молодежь, пошлите тогда обедать. – проговорил отец, отвлеченный на несколько секунд лакеем.

– Вот сейчас показалось или в голосе батюшки пробежала нотка фамильярности в отношении его светлости, – подумала, или настолько уверился в будущем родстве?

– А где тетушка? – спросил граф, как только немного отстали от отца на пути в столовую, у которого словно второе дыхание открылось от вкуса предстоящих перспектив.